Книга Слик. Крутой и не герой, страница 56 – Виктор Айрон

Вальдо смотрел на меня широкими глазами, на инфор, в потолок, потом снова на меня. Глубоко вздохнув и резко выдохнув, он налил себе вина. Да и мне плеснул.

Сделав глоток, дьякон с усмешкой посмотрел на меня. Вот по его роже вижу, что он сейчас скажет какую-нибудь пакость.

— Слик, где применяют такие камушки?

— Источник питания в артефактах, – говорю я очевидное.

— В технологиях, – закатывает глаза Вальдо. – Тут нет пресловутой магии. Только наука тонких полевых взаимодействий с эфирным образованием, которое пронизывает вселенную. Кристаллы, в случае резонанса, дают даже целые гигаэрги энергии определённого типа.

— Ну, – чешу затылок, – наверное это много?

— Хватит чтобы за секунду спалить в прах Дарангу. А для зарядки нужен день медитации нескольких мастеров кси.

— Ох ни фига себе!

Да, трудно сдержать удивление.

— Именно, Слик. И особо интересны те камни, что идут на сверхсветовые двигатели. Такие, например, перед отправкой хранили в одной цитадели на Тэрнээсе.

Опа. Почему такое ощущение, что меня сейчас сильно ошарашат?

— У нас на корабле есть такой камень в двигателе и потому мы не стыкуемся с межзвёздных лайнером. Размером с орех риго, но он может, после молитвы Ровены, помочь за считанные дни долететь до Дулина. А вот такой, размером с пару моих кулаков, может питать стационарные врата, которые позволяют в мгновение ока перемещаться между дальними звёздами целым караванам кораблей без сверхсветового привода.

Так, сейчас он меня добьет. На экране инфора появилось фото кристалла, который очень был похож на украденный мной. Да нет, это тот самый. Даже я знаю, что такие кристаллы нельзя переплавлять, гранить и дробить. Это нарушает их структуру, превращая в кусок дешового и нечистого хрусталя. Поэтому они такие редкие. Камешек явно тот самый. Вальдо, только молчи.

Но инквизитор мои мысли не услышал:

— Такие есть лишь у эльфов. Нам они их продавили за сотни миллионов золотом. А тут его доставил курьер, а в казне не пусто. Смекаешь?

Молча поворачиваюсь и бьюсь головой о стену. Нет сил держать лицо. Меня так нае... Ведь я достал ещё и россыпь мелких камней. И продал их Атору за серебро. За серебро. Если они были той-же разновидности...

— Нас учили, что в преступной среде, где сложно верить соратникам и окружающим, есть одно понятие, определяющее грань доверия. Оно строится на слове и репутации оппонентов.

— Честь среди воров, – шиплю я змеёй, а потом поворачиваюсь и смотрю Вальдо в глаза. Тот лишь нервно сглотнул. Проняло, гаденыш? То ли ещё будет. – Ты кажется хотел узнать, куда мы летим?

— Исходя из материалов дела, мы думали...

— Чокар! – кричу я. – Проложите курс туда, к Приюту Отщепенцев.

Когти оставляют царапины на пластике стен. Я страшно зол.

— Воровская честь, да! Да я тебя на голову кастрирую, гаденыш гильдийский.

Это место можно было бы назвать… Да по-всякому его можно было назвать. Но одно было точно ‒ это не пустота. Здесь были тьма и свет, все оттенки серого и буйство ярких красок, застывшие образы и бегущие картинки ‒ всё это мог увидеть случайно оказавшийся здесь человек или другой разумный. Воплощенное безумие в виде самых различных образов.

Только случайно сюда, в великое ничто, живые существа не попадают. Если только они не шаманы и подобные им существа. Только они могли ориентироваться в обители тех, кого называли духами, а некоторые светские ученые людей величали энергоинформационными сущностями. И при этом людские ученые мужи с важным видом говорили о своих гипотезах, как о непреложной истине. Да ещё и высокомерно посмеивались, поглядывая свысока на тех, кого они называли мракобесами, но в отличии от них ведали истину.