Книга Призраки мёртвого мира, страница 146 – Виктор Айрон

И представлено в прессе всё тогда было так, будто бы именно представители Альянса наши долгожданную планету с биосферой, а коварные дикари уничтожили героев и присвоили их находку себе. Общество, естественно, сходу голосовало за вторжение. Голоса тех немногих, кто предлагал сначала переговоры, утонули в вое толпы, жаждущей крови и обещанной земли обетованной.

Далее военная операция была с треском провалена, а Альянс понес самые большие одновременные потери в людях и кораблях со времен Первой Межзвездной. Плюс демонстрация силы Союза перед лицом уцелевших в той бойне бойцов пехоты и флотских явно показала, что Призраки будут драться отчаянно. И, как все тогда подозревали, воины в масках точно не стали бы придерживаться общепринятых правил «аккуратной» войны. То есть боестолкновений без бомбежек куполов и промышленной инфраструктуры.

С одной стороны была Конфедерация Драконов, которая заняла выжидательную позицию. С другой стороны неожиданно образовалась угроза, которую до этого просто не принимали в расчет. Разгром на орбите и поверхности Нового Эдема был оглушающим. Кресло под президентом Адамсом зашаталось, но он и его клика сделали тогда всё, чтобы удержаться на плаву. Администрация президента всерьез призывала граждан готовиться к большой войне. Войне, которая, вот ведь номер, так и не случилась.

Именно годы мира, а также повышенные оборонные траты и стали причиной по которой консерваторы теряли позиции в правительстве. Планетарные администрации все больше заявляли о своих правах. Альянс трещал по швам, и лишь внешние угрозы держали его на плаву.

Движение реформаторов все больше набирало силу. И тут по Альянсу прокатилась волна различных заболеваний. В основном по планетам реформаторов, как это не странно. Еще три года назад у руля власти были консерваторы, но неожиданно эпидемия захватила одну из планет, которая поддерживала правящую партию. На Аквитанию обрушилась болезнь Палмера.

Маккензи сделал глоток чая. Руки его дрожали, и когда он поправил ворот рубашки, стали видны напоминающие паутину сине-зеленые отметины от болезни.

Женевьева Матрихт окончила свой рассказ и откинулась на спинку кресла. Взгляд её был направлен вдаль перед собой, она словно ничего не замечала, а её спутница, тоже притихшая, молча долила себе в бокал остатки пива из бутылки.

Именно блондинка и прервала молчание:

— Так что наш нынешний президент у вас давно в долгу. В каком-то смысле. Спасение вами Аквитании после того, как там всех бросили умирать, окончательно похоронило рейтинг партии Адамса. Его приемник, этот никчемный слюнтяй Люмье, получил законный импичмент за приказы, отданные его администрацией в то время.

— Вы, как я вижу, не очень симпатизируете прошлой партии власти, – Москит повернул голову в сторону Гретхен, которая сделала большой глоток из бокала и скривилась, будто от зубной боли.

— Люмье, как и Адамс в период войны, был просто прокладкой для Первых. Их я тоже не люблю. Все мои предки были клонами, и это не делает меня человеком второго сорта, хотя эти и считают иначе.

— Как интересно, что нас считают монстрами те, кто низвел часть своих соплеменников фактически до состояния рабов в колониях или людей низшего сорта в других местах, – усмехнулся Гнус. – Мы не святые, но всегда заботились о своих. Были и среди наших соплеменников редкие уроды, чего скрывать, но они никогда не имели реальной власти.