Книга СОНМ, страница 74 – Евгений Волков

Только то, что я шел в почти полной тишине и буквально погружался в собственные ощущения позволило уловить чей-то шепот. Первые секунды был уверен, что показалось, либо же очередная шутка старого метро, но нет. Кто-то целенаправленно звал меня раз за разом бормоча имя и умоляя помочь, где-то на границе восприятия. Я даже не уверен, что до меня пытались достучаться голосом, а не с помощью ментальной речи или чего-то иного.

Решив хотя бы глянуть на столь странное явление методом тише-громче обнаружил место, где слова воспринимались громче и четче всего. Абсолютно такой же кусок стены, как и километры до этого, но что-то казалось не таким. Несколько десятков секунд упрямо разглядывал детали вплоть до мха и подтеков.

Сработало пассивное свойство Всевидящий.

Вы наткнулись на Темницу.

Уничтожив хранителя, сможете решить судьбу Пленников(1).

В случае поражения, ваша душа станет собственностью Энтдот Ха.

Перемещение через 10, 9, 8…

Зачем я сюда полез?!

Стоило единице смениться нулем и мгновенно, без всяких спецэффектов оказался в другом месте. Ярче всего ощутил перепад температуры, так словно из стужи, забежал в парилку. В подземных туннелях было прохладно и влажно, а здесь же оказалось реально жарко и при этом мгновенно проснулась жажда от сухого, режущего глотку воздуха.

Я оказался в небольшой зале, наполненной мусором, со следами разрушений. Возможно когда-то здесь шел тяжелый бой с применением гранат или схожей по воздействию магии, возможно алхимии. Больше всего бросались в глаза небольшие трещины, перечеркивающие украшенный каменными плитками пол из которых поднимался жар и тянуло чем-то едким.

Стараясь наступать только на целые участки, двинулся в сторону двери предварительно взведя арбалет, наложив болт и не забывая крутить головой. Сразу вспомнилась детская забава — пол-лава, в которую играли, будучи совсем мелкими и порой в более сложную версию уже в школе. Дошел без особых трудностей, при этом постоянно прислушиваясь и даже принюхиваясь.

Убедившись, что из-за двери не доносится ни звука, медленно приоткрыл её — никого, пустой коридор, с уже знакомыми, разве что более крупными трещинами в полу. На темно-зеленых стенах располагались десятки картин, с которых на меня сурово взирали люди, большая часть имела некую печать породы на лице, тяжелый подбородок, высокие скулы. Не иначе как члены одной семье.

Стоило повернуть в следующий коридор, как нервную тишину этого места нарушило едва слышимое, приглушенное всхлипывание. И очень похоже, что детское или женское. Я прекрасно знал спасибо кинематографу что бывает с наивными добряками, несущимися на плачь или крики о помощи. По-хорошему стоит в начале закинуть гранату, а после уже зайти и посмотреть, кто в этом месте зовет на помощь. Но мне мешало сделать это два фактора, первый и основной — остатки человечности, ну и отсутствие гранаты, тоже мало помогало осуществлению этого сомнительного плана.

Вслушиваясь во вновь наступившую тишину, медленно приблизился к нужной двери удерживая её на прицеле арбалета. Открывая был готов встретить уродливую тварь, заманивающую сюда недалеких глупцов и с удовольствием перекусывающую оными, но вместо этого тишина и едва слышимое сопение. Не улучшай боевая форма ещё и слух, сомневаюсь, что сумел бы засечь тихое дыхание.