Книга Реликт, страница 112 – Евгений Волков

— Фиксирую излучение антиматерии, — бесстрастно проговорил Ватсон, появившийся рядом с капитаном в виде голограммы.

Андрей бросил взгляд на Дрею, которая с тревогой смотрела на него. Потом он понял, что так смотрит не только она, но и другие члены экипажа. Все осознали, что против них применено запретное оружие.

— Траектория движения нестандартная! Они будто прыгают! — воскликнула Элия.

На экране три стремительные, едва уловимые тени неслись по невозможным траекториям. Они пропадали, чтобы появиться вновь уже в новой точке пространства. Пусть эти гиперпроколы и были не слишком большими, но такое непредсказуемое движение критически усложняло противодействие. Одна торпеда была нацелена прямо на «Перун». Две другие явно держали курс в сторону планеты Колыбель.

— Ватсон! Вся энергия на бортовые щиты! Системы ПКО полная готовность! Рем! Готовься к перегрузке систем! Всем приготовиться к перегрузкам и отключению компенсаторов! — рявкнул Андрей, мгновенно осознав, что противник применил последний, самый грязный козырь.

Капитан переключил управление на себя, выжимая из «Перуна» всё, что только можно было. Он пытался максимально увести эсминец с траектории удара, но это было чертовски сложно реализовать, учитывая, что торпеды явно умели корректировать свой курс после каждого прыжка.

В какой-то момент на его плечи навалилась невыносимая тяжесть, достигнув мгновенного пика в 15 G. Это была та критическая нагрузка, которую даже сжатое боевое кресло могло перенести лишь на мгновение, прежде чем началось бы необратимое повреждение. Он бросил быстрый взгляд на отдельный монитор, на котором выводилось состояние систем в реальном времени, и мысленно выругался. Гравитационные компенсаторы сдохли, теперь уже окончательно. Их обозначение горело траурным красным, сигнализируя, что сигнал главного компьютера не доходит до этих систем.

Тяжесть усилилась, вызывая туннельное зрение. Андрей с трудом потянулся к отдельной иконке на сенсорной панели. Острая, пронзительная боль вспыхнула в спине, потому что после нажатия из кресла выскочили четыре стальные иглы, которые вошли прямо в спину, доставляя вещество. Боль стала стремительно растекаться по телу. Оставалось надеяться, что эта старая система вообще работает. До появления компенсаторов люди использовали специальный анти-G стимулятор, который позволял им переживать подобные перегрузки, форсируя работу сердца и поддерживая кровоснабжение мозга. Андрей не знал и знать не хотел точный состав этой дряни, но в Академии, помимо её плюсов, говорили и о минусах. Долгое применение приводило к деформации сердечно-сосудистой системы, отчего человек со временем умирал. Поэтому появление компенсаторов стало спасением. Но, как и положено на военных кораблях, почти каждая система имела дублёр — и эта химическая инъекция была его последним шансом.

После боли пришло холодное химическое облегчение. Тело стало слушаться лучше, а кровавая пелена перед глазами стала отступать. Андрей смог осмотреться. Он был единственным, кто не был в скафандре. Залезть в эту чёртову скорлупу в его текущем состоянии было бы ещё тем испытанием. Остальные члены команды были в них, и поэтому почти сразу, как система сообщила об отключении компенсаторов, сработала автоматика скафандров, которая активировала то же устройство, что и Андрей.