Книга Реликт, страница 124 – Евгений Волков

Люди мечтали о космосе, далёких галактиках. Писали сотни и тысячи романов, в которых герои оказывались в фантастических мирах, наполненных технологиями. Наивные мечтатели… А потом первый человек полетел в космос. Каждая наивная мечта имеет право на существование. И неважно, насколько смешной она кажется окружающим. Пусть другие так думают. Пусть другие говорят, что это невозможно. Пусть. И проиграют. Проиграют и те, кто отпустил наивную мечту, но всегда найдётся тот, кто её подхватит. Если человек, несущий мечту, падёт, её возьмёт кто-то другой. Но всегда должен быть тот, кто её несёт.

— О чём задумался? — вдруг спросила Дрея, смотря на Андрея сквозь непослушную чёлку.

— О мечте, как ни странно, — Андрей улыбнулся.

— И какая твоя мечта?

— Чтоб мои дети смотрели в небо с восторгом, а не страхом. Поэтому я и должен идти дальше.

— Думаешь, мы сможем победить там, где не победила целая твоя цивилизация? И даже не одна? — спросила Дрея, внимательно смотря на Андрея.

Хотелось бы ответить «да», только он не был уверен в этом. Что может один человек против целой цивилизации? Как там было в той книжечке, что он читал подростком? «Если любить, то принцессу, если ненавидеть, то целую цивилизацию!». Пожалуй, прав был тот известный писатель: зачем размениваться на мелочи?

— Сможем. Мы пытаемся понять, почему это произошло. Ниточки ведут в одну систему, откуда мы попытаемся распутать клубок дальше, — уверенно сказал капитан, покосившись на девушку.

— Такая себе ниточка, белая, — хмыкнула она.

— Другой у нас нет. Мне кажется, что арианцы не просто так напали. Есть причина. Всегда есть причина. Только мне кажется, что она не та, которая понятна нам с тобой. Голова только от одной этой мысли пухнет.

— Тогда давай отложим все эти мысли и решения на потом, давай просто проведём это время вдвоём. Без арианцев, Альянса и шут пойми кого. — сказала девушка, поднимаясь и целуя Андрея.

— Согласен, к чёрту их, — ответил он, уловив момент между поцелуем.

* * *

Андрей стоял на обзорном мостике «Перуна» и смотрел в темноту космоса. Но и темнота была не такой уж и чёрной, она прорезалась мириадами светлых точек. Не бывает абсолютной тьмы. Даже чёрную дыру окружает свет. Дверь с тихим шелестом отъехала в сторону, впуская в небольшое помещение бортинженера. Вообще, обзорная палуба была пережитком прошлого. Но конструкторы все же оставили их, они служили больше для вот таких расслабляющих наблюдений за космосом. В боевой ситуации огромное окно закрывалось бронированными пластинами, лишние детали, лишние механизмы. Но Андрей был благодарен конструкторам, что всё же решили оставить такие места на кораблях.

— Привет, кэп, — поздоровался Рем, вставая по левую руку от капитана и тоже вглядываясь в темноту. — Как ты?

— Физически, морально или духовно? — хмыкнул Андрей, поворачивая голову к собеседнику.

— А все вместе, — пожав плечами ответил Рем.

— Физически ещё паршиво, морально… Сам понимаешь. А духовно… Робо умеет поднимать дух своими речами о Акхалии, — улыбнувшись, Андрей вернул свой взгляд на космос.

— Умеет. Только я не по тому вопросу. Кэп, что дальше? — Рем как-то замялся перед вопросом, словно боялся услышать ответ.

— В смысле?

— Ну, мы нашли планету, где приняли нас, нашли друзей и стали постепенно обживаться. Есть ли смысл продолжать наш поход?