Книга Реликт, страница 97 – Евгений Волков

— Группа «Перун», группа «Молотобой», начать движение по траекториям один и два! Группа «Черти», движение по третьей траектории, — скомандовал Андрей.

Эскадра начала разделяться. Как только синие точки достигли серой метки на расстоянии, достаточном для того, чтобы ввести противника в заблуждение, но недостаточном для прямого огневого контакта, флот Андрея синхронно разделился на две равные группы.

Каждая группа начала перестроение, формируя нечто вроде боевой стрелы. Наконечником служили самые мощные корабли: тяжёлые крейсеры и «Перун», который по своим характеристикам уже был ближе к классу «крейсер». Древком, вытянувшимся за остриём, были эсминцы и фрегаты, выстроившиеся в центре.

Третьей же группой оказался флот мышек. Они должны были выйти в точку рандеву и ждать, когда две группы достигнут её. Их задача была самой сложной — держаться, даже если противник атакует. Именно на них легла самая тяжёлая ноша. Они приманка, которая отвлечёт на себя внимание вражеских флотов. Щиты позволят им выстоять, недолго, правда. Но этого должно хватить.

Корабли людей имели чёткую задачу — во что бы то ни стало достигнуть второй точки, поэтому вступать в прямой бой они не должны. Это было холодное и жестокое решение, но единственно верное. Щиты ракси, которые используются мышами, и оружие людей — то сочетание, которое позволит перевернуть эту схватку. Заставить противника отказаться от своих планов.

— Ударные флоты начали разделение. Курс выстроен на перехват группы «Молотобой» и «Перун», — проанализировав данные, проговорил Ватсон. Его голографическая фигура возникла по правую руку от Андрея, словно соткавшись из воздуха.

Элия с прищуром посмотрела на изображение ИИ, который по факту опередил её в озвучивании этой информации. Ватсон лишь улыбнулся.

— Когда уже мы сделаем большой бадабум⁈ — раздался возглас старика, который до этого сидел вполне себе тихо.

Старик откинулся на спинку кресла и возвёл руки к потолку, словно желая обнять кого-то невидимого. Его голос, полный нетерпения, нарушил напряжённую тишину, царившую на мостике.

— Старик, тебе лишь бы что-то или кого-то взорвать, — раздался возглас кого-то из команды.

Лёгкие смешки пробежались по рубке. Андрей тоже улыбнулся. Он смотрел на то, как Альянс разбивает своё построение и направляет корабли по выстроенной траектории, что проанализировал Ватсон.

— Группе «Молотобой» изменить курс на четыре. Группе «Перун» — траектория пять, — скомандовал Андрей.

Да, они играли в кошки-мышки. Хотя сами мышки пока внимание врага к себе не привлекли. Двигаться непредсказуемо, не давать противнику выйти на рубеж атаки — вот что сейчас требовалось. Этим Андрей и занимался. Он и Ватсон просчитали десятки вариантов, которые должны были привести их к конечной точке: объединению с флотом союзников.

* * *

— Курс снова изменили, — доложил наблюдатель, его голос звучал ровно и бесстрастно, словно он уже устал от этой бесконечной гонки.

Эта игра уже раздражала директора Ката. По его кольцевидному телу то и дело проходили оранжево-зелёные волны. Они пытались поймать этих изворотливых созданий, подловить их, заставить вступить в бой. Но они каждый раз меняли курс, и приходилось снова их догонять. Каждое такое изменение было ударом по его самолюбию. Он, владелец двух ударных флотов, был вынужден действовать по правилам кого-то другого.