Книга Одинокий, страница 48 – Евгений Волков

— Вы снова здесь, капитан? — Ватсон, как всегда, появился бесшумно.

Андрей повернул голову в сторону голограммы и кивнул.

— Решил навестить перед походом на Марку-3.

— Но вы же знаете: если бы ее состояние изменилось, я бы сообщил.

— Безусловно, но мне почему-то захотелось сюда прийти. — Андрей пожал плечами, возвращая взгляд на прозрачный щиток капсулы.

— Капитан, простите за такой вопрос, но… Что значит быть человеком?

Андрей удивлённо посмотрел на Ватсона. И удивляться было чему. У большинства, нет — почти у всех искусственных интеллектов было ограничение на самосознание. Причин тому масса. В особенности это касалось ИИ, служащих на военных судах. А здесь нате вам: вопрос, который мог создать только искусственный интеллект с зачатками самосознания. Хотя Андрей давно подозревал, что с этим ИИ что-то не так.

— Сложный вопрос. Я думаю, на него не могли дать точного ответа философы всех времён. А я уж точно не философ.

— И всё же, капитан, что для вас означает быть человеком? — Ватсон интонацией выделил слово «вас».

Андрей вздохнул. Что ему ответить? Что для него значит быть человеком? Любить? Ненавидеть? Может, быть человеком означает разрушать? Или созидать? Тысячелетиями люди спорили об этих, казалось бы, простых вещах. Быть человеком — значит принимать правильные решения. Так он хотел сказать, но передумал. Люди редко принимают правильные решения. Да и понятия у всех разные. Для одних правильно одно, для других — другое.

— Я не знаю, Ватсон, это не так просто. Понимаешь, мы, люди, умеем думать. Только вот порой думаем и делаем по-разному. Иногда мы поддаёмся неучтённой переменной — чувствам. И вот, наверное, я человек, потому что чувствую. — Андрей пожал плечами.

Он действительно не мог дать точный ответ на этот вопрос. Вздохнув, Фокин повернулся, намереваясь покинуть медицинский блок, но остановился, оказавшись рядом с голограммой Ватсона.

— Знаешь, ты меня удивляешь, Ватсон.

— Почему, капитан? — он повернул голову в сторону Андрея и удивлённо поднял бровь.

— Да хоть вот этим. Ты стал человечнее. И мне это нравится больше, чем сухость. Я могу назвать тебя… другом.

— Спасибо, капитан. Я не уверен, что понимаю смысл слова «друг», но мне приятно такое обращение.

Андрей усмехнулся и махнул рукой, направляясь к выходу.

— Приготовь нам с Ремом бот.

* * *

Они решили не откладывать полёт на Марку-3 в долгий ящик. Робо, как выяснилось позже, покинул систему, отправившись к совету лично. Так что решение по поводу этой системы откладывалось на некоторое время. А вот обследовать остатки колонии Андрей посчитал вполне разумным шагом. Он с самого начала планировал именно это, уже после попытки добычи гелиона. Но всё пошло немного не по плану. Это не так страшно, если подумать. Союзник лучше врага, даже если этот союзник воюет камнем. В общем, всё это вопрос грядущего, а сейчас они с Ремом спускались на планету в боте. Управление взял на себя Андрей.

— Кэп, а какой была эта планета? — раздался голос Рема в динамике связи шлема.

Андрей повернул голову, бросив взгляд на Рема, который, сидя в кресле второго пилота, смотрел на панораму на обзорных экранах. А посмотреть было на что. Небо было полностью в тяжёлых черно-серых тучах. Во время полета сквозь них стало понятно, что состояли они из пыли и пепла. Уровень радиации зашкаливал, так что без скафандров там, за бортом, делать было нечего. Марка-3 никогда не была курортной планетой, но и ядерной пустыней ее было не назвать. А сейчас, пожалуй, это описание ей подходило.