Книга Страж, страница 36 – Андрей Uknown Ефремов

— Пожалуйста, — с мольбой в голосе проговорила Надя. — Возьмите меня с собой.

— Надежда! — как ему казалось, сурово рявкнул Рогачёв, но тут глаза девушки полыхнули оранжевым пламенем, и Алексей Данилович испуганно отшатнулся.

— Не лезь, отец, — непоколебимым тоном произнесла девушка. — Ты и так уже наговорил слишком много. Если ты настолько глуп, чтобы понять, что судьба всех людей в бункере зависит от того, какое впечатление мы произведём на Кару и Безба, то тебе пора уходить на пенсию. Моё поколение не видело ничего, кроме серых стен бункера и тесных комнатушек. Если тебя это устраивает, можешь оставаться, но не смей разрушать надежду выбраться из этой темницы у других. Умерь свою гордыню, отец, и пойми наконец, что как раньше уже не будет.

— А ещё у нас нет пенсий, — влез с комментарием я. — Так что лучше вам озаботиться о получении востребованной специальности. Все руководящие должности заняты. Их в своё время получили те, кто доказал, что может вести за собой людей делом, а не словами. Кстати, позовите академика Аланьева, я обещал ему процедуру экспресс-омоложения. Не нравятся мне его сосуды. Такие специалисты Ковчегу точно пригодятся.

Рогачёв стоял и шумно дышал, не в силах произнести ни слова. Как бы инсульт мужика не хватил. А вообще, хорошо иметь полный доступ к базам данных бункера. Там обнаружилось подробное досье на каждого, и заслуги Петра Сергеевича внушают уважение. Оказывается, от стал академиком ещё до Прорыва, а после изоляции продолжил работу и параллельно обучал людей.

— Делайте что хотите, — устало махнул рукой Алексей Данилович и обессиленно опустился на стул.

— Ты же понимаешь, что я не могу гарантировать твою безопасность? — перевёл я взгляд на Надю. — Очаг полон опасностей, которые вам и не снились.

— Понимаю, — кивнула девушка. — Я готова рискнуть, я должна попытаться, если вы меня возьмёте, конечно.

— А какой в этом смысл? — посмотрев девушке в глаза, спросил я. — Реальной власти у тебя нет, и я сомневаюсь, что твои слова смогут переубедить руководителей вашего бункера. Для нас ты будешь обузой. Твоя психика выдержит вид костей, разбросанных по улицам? Чтобы выйти на поверхность, нам надо будет пройти через частично обвалившийся тоннель. Так вот там лежат сотни мумифицированных тел. Пойми, мы давно привыкли к смерти. Такой пейзаж для нас стал обыденностью, но ты прожила всю свою жизнь в тепличных условиях. Если запаникуешь и ударишься в истерику — подставишь всех. Предупреждаю сразу, если передо мной будет выбор, кого спасти — тебя или Кару, то сомневаться я не буду ни секунды. Так что хорошо подумай, желаешь ли ты пойти с нами. У тебя есть немного времени, пока я занимаюсь Петром Сергеевичем.

К тому моменту, как я закончил говорить, академик Аланьев стоял рядом и ловил каждое слово, но с ходу понять, о чём я говорю, не смог.

— Мне сообщили, что вы желаете меня видеть, молодой человек, — нарушил возникшую после моих слов тишину Петр Сергеевич.

— Я предлагал вам магическое воздействие с целью укрепления организма, — переключился на старичка я. — Вы были правы. Ваш организм предельно изношен. По моим прогнозам, вам осталось не больше полугода, но в моих силах это изменить. Я ознакомился с вашим досье. Такие люди, как вы, нужны миру. Если захотите, то Ковчег с радостью вас примет и организует лучшие условия для исследований, какие только возможны. Но неволить вас никто не собирается.