Книга Асса Дэи, страница 13 – Сергей Тармашев

Шесть секунд никаких изменений не происходило, на седьмую секунду аппаратура, следящая за кометой, зафиксировала резкий всплеск активности оборудования Сияющих. По лицу Еви скользнула довольная улыбка, как вдруг комета вскипела коричневой пылью, разлагаясь на атомы, и одновременно взорвались все замаскированные фугасы. В нервную систему, которой нет, вгрызлась жестокая боль, заставляя Бессмертную Еви судорожно скрючиться одновременно в кресле шпионского корабля, в аватаре Бессмертия и внутри цифровой ёмкости своего Планетоида. Секунду она с тяжёлым хрипом смотрела на появившийся из ниоткуда на месте распылённой кометы громадный неровный коричневый куб неправильной формы, потрескивающий гигантскими дуговыми разрядами коричневой энергии, потом всё вокруг погасло, словно лампочка в момент обрыва провода.

— Ты хотела убить меня, презренная тварь?! – Замогильный голос громыхнул повсюду, разрывая каждую клетку тела болью, на порядок более жестокой, чем та, с которой всё началось.

Взвывшая от безумных страданий Еви поняла, что находится в своём биологическом теле, хранившемся внутри Планетоида Бессмертия вот уже полтора миллиарда лет. Обретение бессмертия Еви встретила в преклонном возрасте, в тот момент её тело на девяносто процентов состояло из всевозможных имплантов и находилось в женской фазе. С роскошными аватарами Бессмертия оно не шло ни в какое сравнение, поэтому Еви засунула его в самый дальний угол своего Планетоида сугубо на всякий случай и с того самого момента не использовала ни разу. Но сейчас её сознание вновь оказалось внутри давно забытого настоящего тела, при этом ни одного из многочисленных имплантов в нём не было. Еви висела вниз головой в круге яркого света, со всех сторон окружённого непроглядным мраком. Нечто невидимое, неосязаемое и неживое держало её за ногу, стиснув лодыжку так, словно вгрызлось в неё стальными зубцами подобно капкану, и по дряхлой ноге от невидимых зубьев стекали струйки мутной грязно-голубой крови. Вторую ногу Еви никто не держал, и её ослабевшее от старости тело висело в нелепой разлапистой позе, полностью лишённое какой бы то ни было одежды, отчего чувство беспомощности и ничтожности давило на стиснутое ужасом и болью сознание ещё сильней.

Разум мгновенно захлестнуло удушливое ощущение дряхлости и немощи. Полусгнившие и едва функционирующие внутренние органы, откуда-то взявшиеся взамен имплантов, причиняли резь и страдания сами по себе, словно эхо вторя навалившимся извне жестоким пыткам. Беззвучно воющее от нестерпимой боли сознание пыталось отключиться, но нечто безжалостное, желчное и всесильное не позволяло ему сделать это, насмешливо удерживая в текущей реальности, будто пришпиленную булавкой к картонному листу живую бабочку в коллекции натуралиста-живодёра. Висящая на окровавленной ноге голая дряхлая сморщенная старуха вяло извивалась, завывая от разгрызающих каждую клетку тела страданий. Но вместо забытья, смерти или беспамятства её мозг сохранял трезвость мышления, с животным ужасом понимая, что происходит.

— Нет, о великий господь! Нет!!! – прохрипела дряхлая Еви, сипя кровавыми брызгами. – Я твоя преданная раба! Готова служить тебе бесконечно, только повели!

— Ты так сильно жаждешь служить мне, червивая падаль, что пыталась сообщить обо мне моим врагам?!! – Замогильный голос каждым словом бил по Еви, словно утыканная острыми гвоздями дубина, и жуткая боль рвала нервы на куски с каждой секундой всё более изощрённо. – И эти фугасы – они, конечно же, не твои?!!