Книга Максимальный Апгрейд. Том 2, страница 111 – Илья Сапунов

— То есть… — я попытался сложить два плюс два. — Когда они называют тебя Сидни, они что, таким образом издеваются над тобой?

— Ну, в некоторой степени. Сначала это было издевательство, мол ха-ха, а мы знаем чем ты там по вечерам занимаешься, а потом просто стало привычкой. Поэтому, если ко мне обращаются по сценическому псевдониму, это значит, что мы сейчас обсуждаем официальные дела от лица своих компаний и семей. По имени меня называют, только когда пытаются обратиться лично ко мне. Как-то так.

Я вздохнул:

— Как же всё-таки у вас всё запутано. А почему, кстати, старших до сих пор нет?

— Они в соседнем зале. — Прогуливаясь вдоль фуршетных столов, Оля нашла тарелку с какими-то фруктами и взяла небольшую дольку. — Пока молодёжь налаживает контакты друг с другом, их родители сейчас бодаются за самые видные и жирные места в будущей операции. Может быть, в эту самую минуту…

Но слова девушки прервал неожиданный шум и ругань в глубине зала, а затем раздался резкий крик. Мы с Олей синхронно повернулись, и мои глаза невольно полезли на лоб от того, что я увидел.

Чуть ли не посередине зала стоял тот самый брюнет, который решил со мной поговорить перед началом гонки. Молодой человек выглядел откровенно скучающим, как будто не случилось ничего существенного, в то время как его правая рука была покрыта кровью — чужой кровью.

Перед брюнетом на полу корчился другой парень, схватившись обеими руками за горло. Под ним стремительно разливалась лужа крови.

— Вот блин, и этот психопат здесь, — Оля сжала зубы. — Кажется, у нас проблемы.

А брюнет внезапно повернулся в нашу сторону и широко улыбнулся.

Почти сразу же в зал ворвалась группа охранников. Решительно настроенные мужчины в одинаковых черных костюмах быстро окружили место происшествия… и невольно замерли — возможно, осознали, кто именно был нарушителем спокойствия.

А ещё через пятнадцать секунд в зал почти вбежал немолодой мужчина с седыми волосами и небольшой проплешиной на затылке. За ним быстрым шагом следовали мужчина и женщина, медики судя по всему, если учитывать аккуратные чемоданчики в их руках. Троица буквально за несколько секунд преодолела половину зала. Медики тут же склонились над истекающим кровью парнем, а седой чиновник со смесью смущения и сильного раздражения на лице подошёл к брюнету.

— Дмитрий Витальевич, вы осознаёте, что делаете? Вы нарушаете правила, которые в том числе и ваш отец устанавливал!

— Да, да, да. Знаю, знаю, — парень вяло отмахнулся. — Простите, простите. Не сдержался. Знаете, как оно бывает? В одну секунду ты слышишь что-то неприятное, а в другую — уже держишь чужое сердце в руке.

— Это… — Мужчина подзавис. — Какое сердце, мы же с вами в цивилизованном обществе живем! Это же не поле боя!

— Как же нет? — Дмитрий «возмущенно» всплеснул руками. — Светские рауты как раз таки самое настоящее поле боя, и чужие судьбы на них разрушаются столь же часто. Разве вы не согласны, Петр Алексеевич?

— Ну… В чем-то вы правы… Но… — мужчина понимал, что ему дурят голову. Наверное, он мог много чего порассказать о правилах, традициях, законах и так далее, но нужные слова не приходили ему в голову. Брюнет же вёл себя так, будто всё происходящее было в порядке вещей.

А я как мог пытался осознать происходящее. Судя по всему, конфликты в зале запрещены, и это договорённость не столько администрации, сколько самих корпоратов. Но этот Дмитрий едва не убил человека якобы за его слова, и ничего.