Книга Тройка, семёрка, туз, страница 95 – Алексей Урусов

Выхожу из дома — несколько машин припарковано или паркуется на стоянке неподалёку, охранники совещаются, встав в кружок. Рядом сгруппировались мои секретари, водители и персональные охранники. Со мной садится Степан и как только трогаемся, сообщает: — Муравей и его хакеры выдали адрес корреспондента Сергея Добренко, которого журналисты называют «Телекиллер». Мы направляемся к его дому?

— Да, к нему. Быстро сработали компьютерщики. Они ничего там не взламывали, чтобы добыть эти данные? — удивляюсь я.

— Нет, — отвечает Степан, — просто пролистали его страницы в соцсетях. На день рождения он купил себе квартиру и сфотографировался на фоне её номера: типа, квартиру с номером «двадцать восемь» купил себе к двадцативосьмилетию. Фотографий улицы и двора в его профиле полно. Так что никого взламывать не нужно, у него вся жизнь и достижения на виду, вплоть до цвета обоев в спальне и кафельной плитки в ванне. Нотариусы звонили в отделение полиции, полицейские подтвердили, что такой персонаж на их участке проживает.

* * *

Княгиня Наталья Кирилловна Мищерская и её дочь Мария взглядами проводили уходящего Андрея Первозванова, и как только дверь за ним закрылась, княжна Мария Андреевна, не скрывая слёз, заплакала, прикрыв лицо ладонями.

— Успокойся, доча, может он решит… — княгиня перешла из кресла на диван, где сидела дочь и погладила её по голове.

Дочь в ответ опустила руки, которыми закрыла лицо, но зарыдала ещё сильнее: — Я уверена, что решит, мама. Он выходил как солдатик, деревянной походкой, и у него сейчас других мыслей нет, кроме как защитить детей. Я плачу не поэтому. Он сейчас поедет убивать… вызовет на дуэль… этого…– княжна Мария кивнула головой в сторону телевизионной панели, — и убьёт. Он же хороший снайпер и дуэльный стрелок непревзойдённый. Но он же ещё и верующий, и каждый раз, когда он убивает какую-нибудь мразь, он мучается и сам, так как считает, что восстаёт против Божьего замысла, давшего жизнь этому существу. Андрей уверен, что каждый человек может стать лучше, а искренне покаявшись, освободить себя от греха. Андрею убивать очень сложно, но сегодня придётся. И дай Бог, чтобы всё ограничилось одной или двумя дуэлями.

— Ты думаешь?

— Мама, он в суд не пойдёт. Он понимает, что сегодня вечер пятницы и за выходные, а лучше — за эту ночь, он проблему должен закрыть, закрыть раз и навсегда, иначе нашим детям, приютским детям, уже в понедельник прохода в школе не будет. Да и в кружках и коллективах всяких, куда дети уже завтра поедут заниматься, наших начнут травить или презирать. Схожу, умоюсь…

Княжна встала с дивана, ушла, а когда вернулась мать слегка помахала смартфоном в своей руке: — Я с папой переговорила, князь не возражает, чтобы я осталась сегодня у тебя. А то ты совсем расклеилась.

Москва.

Участковый уже ждёт. Стоит с ошалелым видом рядом с несколькими нотариусами и люди в чёрном, окружившие его как стая ворон, что-то ему неторопливо накаркивают в оба уха. Подхожу ближе и вижу в толпе Виктора Дитерихса — это он «пасёт» нотариусов и организовал, чтобы они быстро подтянулись. Подхожу, здороваюсь и немного кланяюсь. Нотариусы с приветливыми, но деловито-хмурыми улыбками приветствуют меня и кланяются в ответ. Глубже всех кланяется участковый, умудрившийся косить на меня глаза даже наклонив голову.