Онлайн книга «Дипломатическая академия»
|
Приближается осень. Пожилой Сентябрь в золотисто-красном одеянии ударяет посохом. Черёмуха покрылась маленькими круглыми плодами, зарделись кисти рябины. Со стуком падают жёлуди и несколько белок суетливо их собирают, и с хрустом грызут или рассовывают в дупла. Листья стремительно желтеют и краснеют, некоторые срываются и плавно опускаются на землю. Подросшие птенцы кучками раскачиваются на ветках деревьев. Октябрь в ржаво-коричневой и Ноябрь в бурой одежде также по очереди ударяют посохом. Трава сохнет, ветер срывает листья, белки прячутся в дупло, а птицы улетают. С неба начинает падать снежок. Декабрь опять получает посох: непрерывный снег засыпает лес; кажется — и не было ничего. Лишь у Падчерицы в руках корзинка с цветами. Месяцы уходят за сцену и Падчерица смотрит им вслед. Неожиданно возвращается Апрель, подойдя, он улыбается и слегка касается указательным пальцем носика Падчерицы. И в то же мгновение она преображается: вместо рваного платка на её голове соболья шапка; а одежда — красивая шубка с аппликацией и белой оторочкой и манжетами; красные сапожки… Сверху на сцену опускается занавес. Мы буквально сразу же начинаем аплодировать. Цесаревич шепчет: — Восхитительно! Я ничего подобного не видел! Снизу слышны не просто аплодисменты. Это — овация. Минуты через две они стихают. Ди-джей спрашивает толпу: — Танцпол, вам понравилось? В ответ крики: — Да, да! — Танцпол, было круто? — Да! Очень! Крутизна! — шум и крики слышны по всему залу. Ди-джей снова обращается к толпе — Танцпол! Я сегодня больше не работаю! — Ууууу, — недовольно понеслось со всех сторон. — Потому что, — ди-джей делает паузу, — вместо меня! Вас будут развлекать! Настоящие звёзды! Это тоже подарок от друзей Андрея Андреевича для всех, кто сегодня пришёл в «Галактику»! И первыми на сцену поднимаются Бетси и Мария со своим хитом «Сиииииигма-боооооой»!!! Толпа завизжала, зааплодировала и под первые аккорды бросилась к центру зала… Не дослушав песню про сигма-боя, цесаревич начал прощаться — получилась снова проходка, хоть и короткая. Под песню про «Мокрые кроссы» сопровождаю Александра Владимировича из танцевального зала, а под «Крыши Питера» выходим на улицу. Кортеж подруливает к парадному входу. Цесаревич жмёт мне руку: — Спасибо, Андрей! Я замечательно отдохнул! Склоняюсь в поклоне: — Ваше импера… Цесаревич прерывает: — Андрей, для тебя я просто Александр… Я застываю: — Я являюсь простолюдином и мой статус не позволяет… Александр отрицательно крутит головой: — Ты опять? Что ты знаешь о себе и своём статусе… Цесаревич обнимает меня, шепчет: — Я позвоню, но как всегда, перед этим скину смс, что это я. Александр сам открывает себе дверцу авто, садится на заднее сиденье, машет мне рукой, и его уносит машина. Вот что это вообще было? Ладно, думать будем потом. У меня ещё под две сотни гостей не окучено, не прополото, не обмолочено. Возвращаюсь в зал. Видно, что князья, присутствующие на банкете, немного расслабились — для них прибытие цесаревича было полной неожиданностью. Начинаю с извинений: — Прошу прощения, господа, что сразу не мог сообщить. Информация о возможном посещении была секретной, да и уверенности, что визит состоится, не было. — Это всегда так, — согласно кивает губернатор Волхонский. — Иногда наобещают, уверят, что точно будут члены августейшей семьи. Ждёшь, готовишься. И бац, за час до события отбили, и всё: печалька, — Григорий Семёнович широко разводит руки, показывая настоящий размер «печальки». |