Книга Дипломатическая академия, страница 38 – Алексей Урусов

— Понял, государь. Всё исполню! — Николай Аркадьевич Осташев бодро поднялся из кресла, и, поскольку, фуражка была у него в руках, поклонился императору и спешно направился на выход.

Москва. Зубовский бульвар. Возле Российской императорской дипломатической академии.

После четвёртой пары, когда студенты бурным потоком хлынули из широких дверей дипакадемии, а я собирался зайти в библиотеку, ко мне негромко обратилась Марина Ушакова: — Андрей, один вопрос. Не сказать, чтобы важный, но приватный.

Я пошёл с нею рядом на выход, и когда мы подошли к автомобильной стоянке, и рядом никого не оказалось, она начала: — Завтра утром, к восьми тридцати, вас с Воронихиным приглашают в амбулаторию для прохождения медосмотра. Сейчас кину описание, там что-то с военной обязанностью связано. Воронихину я уже сообщила.

Благодарно киваю: Марина могла бы это и публично произнести перед лекцией или на перерыве. Всего лишь медосмотр. Но на него приглашены только двое простолюдинов, учащихся в нашей группе — я и Воронихин. Она решила, что не стоит подчёркивать это лишний раз. Поражаюсь её такту. Благодарю.

Она крутит головой по сторонам, и повернувшись ко мне, с улыбкой отвечает: — Там ещё приписка, чтобы придерживались графика — с других групп ребят тоже привлекают, и время для каждого определено, чтобы не томить в очередях.

— Да, конечно! — заверяю я. — Буду как штык, армия как никак!

— А, вот и брат подъезжает. Он по средам меня забирает — у нас семейный ужин с родителями, — улыбается она снова.

— Поклон от меня. И всех благ, — кланяюсь и направляюсь от стоянки к выходу; я-то до дома хожу пешком — поход в библиотеку решил отложить на следующий раз.

Иду и слышу в спину голос Марины: — Андрей, на минутку!

Оборачиваюсь, подхожу. Ещё не дойдя, вижу высокого мужчину, стоящего рядом с Ушаковой и с любопытством, интересом и каким-то особенным «изучающим взглядом» разглядывающего меня. С удивлением вспоминаю, что уже видел его «магический рисунок». Это же⁇!!…

— Андрей? — взволнованно произносит он. — Андрейка? Первозванов? Из Владимира?

— Иван? — мгновенно вспоминаю свой первый опыт лечения.

— Я бы тебя не узнал, если бы сестра фамилию не сказала! А сейчас вижу — ты, — Иван Ушаков, делает шаг ко мне; не сказать, что он крупный, чуть выше меня ростом, а сложение почти такое же, но стискивает меня в медвежьих объятиях.

— Я это, я! — проговаривает он. — Как хотелось тебя увидеть и вот так обнять! Но где-нибудь на улице встретил бы и не узнал! Вымахал-то как! Был же: во, — он рукой показывает мой рост на уровне капота машины.

— Садись вперёд, едем к моим! Батя, а особенно матушка, должны увидеть кому они столько лет здравия в молитвах желают!

Марине, стоящей рядом, Иван коротко бросает: — Это тот самый Андрей.

Она растерянно хлопает глазами, постепенно приходя в себя и молча садится на заднее сиденье.

Всю дорогу тон беседе задавал Иван, рассказывая мне о своей жизни после лечения и задавая вопросы о том, как и чем занимался я. Точнее, вначале, ещё не выехав со стоянки, Ушаков набрал номер и заговорил в смартфон: — Марину забрал, едем. Но ты не поверишь — я Андрея везу! Да, того самого. Папа, представляешь: он с в одной группе с Мариной в дипломатической академии учится. Я за рулём, подробности по приезду.