Книга Имперский триатлон, страница 104 – Алексей Урусов

— Запомни их насколько сможешь, — обращается ко мне Николай Артурович. — Нужно понять, не разряжаются ли они с течением времени и вообще — что с ними происходит, если их не трогать.

На небольшом листке шифром делаю себе пометки — запомнить-то я запомню. Но в таком деле тупой карандаш всегда надёжнее острой памяти.

Испытания закончены. Покидаем полигон.

Как и в прошлый раз, подхватываем Гефта, он садится к нам в машину и по дороге обсуждаем прошедшие испытания. Николай Артурович очень доволен и такое позитивное настроение он объясняет результатами применения шариков. Его выводы однозначны — если и дальше подтвердится возможность парными, перекачанными магией, шариками, сбивать магические щиты и выбивать силу, то мы получим очень мощное оружие для нашей армии.

— По сути, — рассказывает Гефт, — это гранаты и мины, лишающие противника магической силы и разбивающие его защиту. Наши солдаты получат однозначное преимущество — в обороне они минами и гранатами смогут выбивать магию у атакующего противника. И для наших штурмовиков при атаке тоже дорого-богато: закинули такую гранату в помещение, и зачистка его пройдёт однозначно проще, без постоянного ожидания всяких магических «подстав» со стороны противника. Дальше надо испытывать. Отрабатывать. Но начало положено. Будем проверять и совершенствовать, и если подопрёт, то даже несколько штук таких устройств на проблемных участках фронта своё слово сказать смогут. Хотя бы сумятицу внесут, и то на пользу делу будет.

— Доброе начало полдела откачало, — добавляет Николай Артурович и улыбается.

Я, поражённый, умолкаю: я как-то и не подумал даже, что настолько простым может быть путь к созданию нового оружия. Хотя, конечно, не простым: испытывать ещё придётся годы. Но если удастся сделать «магические гранаты» хотя бы для ограниченного применения, то наших солдат будет гибнуть меньше.

Раздаётся звонок, и выслушав его, Гефт расцветает: — Мне доложили, что закончили измерение потери магической силы у заключённых. У маленьких шариков, как и в первые два раза, стандартный диаметр воздействия около двадцати метров, плюс-минус пара метров; а вот у больших — что как футбольный мяч — оказалось около ста; мы рассчитывали на худшие показатели.

— Знаете, — обратился Николай Артурович к Анатолию Дмитриевичу и ко мне, — Как мои умники предложили назвать магические гранаты и мины? «Устройство дистанционного обнуления и дезинтеграции».

Дядя Толя откликается: — Что-то слишком сложные названия вы придумываете. Начальство не поймёт.

— Так на то и расчёт, — откликается Гефт, — любой вражеский генерал, выслушав лепет подчинённого про «устройство дистанционного обнуления и дезинтеграции» замрёт, а потом ответит, чтобы докладчик больше с утра не пил. А представь, если в докладах это будет называться «магическими гранатами». Тут любой тупой генерал, а таких в Генштабах немало, сообразит о чём речь. Зато сокращённо всё просто — УДОД. Так что сейчас их в рабочей документации будут называть УДОД-20 и УДОД-100.

Анатолий Дмитриевич рассмеялся: — Вы «Сову» и «Соловья» дополнили «Удодом»? Не наша эта птица, надо было среди воробьёв и сорок искать, а вы куда замахнулись!

— Кстати, по СОВЕ-М, господин главный конструктор, ознакомьтесь со свежим документом, — Николай Артурович протягивает мне листок.