Книга Имперский триатлон, страница 111 – Алексей Урусов

Звонку с незнакомого номера я не удивился — пока снимался в рекламе, кто только мне не звонил.

В трубке раздалось: — Добрый день, Андрей Андреевич. Меня зовут Роман Николаевич Юрьевский, я уполномочен главой рода Юрьевских, Михаилом Николаевичем, провести с Вами переговоры о вире. Когда Вам или Вашим юристам будет удобно встретиться?

Вот так номер… Задумываюсь. Долго молчать нельзя. Отвечаю: — Я передам Ваш номер своему юристу, а Вам вышлю его координаты, чтобы при звонке Вы определили, кто звонит. С ним можно всё обсудить.

Слышу в трубке: — Спасибо. Буду ждать…

Гудки…

Это что вообще было? Вира-то за что? И с кого? С меня или с Юрьевских? Из Юрьевских я пересекался только с княжичем Георгием, и то чисто в поединке — какая там вира может быть? Если с меня что-то хотят стребовать — вроде не за что; в поединке Жора по-чесноку огрёб.

Тем не менее набираю Виктора Дитерихса и сообщаю ему о звонке.

— О как, князь! — удивляется Виктор и сразу же предлагает подключить к делу и своего отца — Михаила Генриховича.

Я соглашаюсь — ему виднее: князь — он даже в джунглях князь; а уж в каменных джунглях — тем более. Так-то для встречи с представителями князя или кого-то из его семьи, лучше иметь юриста постарше — Виктор пока слишком молод, не воспримут его серьёзно и его доводы могут встретить со скептицизмом. Иногда возраст решает. Да и опыта Михаилу Генриховичу не занимать — ориентируется он мгновенно, а в любом разговоре с князьями нужно иметь в виду, что, истолковав какие-то наши слова или действия как пренебрежение или не должное уважение, можно и на встречные требования с их стороны нарваться, даже если изначально виноваты они.

Москва. Кремль.

— Товарищи, вас примет государь-император, — адъютант распахнул дверь, и руководители СВР зашли в кабинет монарха.

Хмурый император встал, Николай Петрович поздоровался за руку с генералами, и махнул рукой, показывая на стол: — Размещайтесь.

Наследник Владимир Николаевич, находившийся за спиной императора, здоровался вслед за ним, при этом он немного скривил улыбку и подмигнул СВРовцам. Но истолковать эти знаки было невозможно — не так часто генералы встречались с наследником престола и понять его невербальные намёки не могли.

— По линии МВД, — начал император, — поступила жалоба, что ваш спецназ превысил свои полномочия в отношении их сотрудников, проводивших плановое задержание. Полицейские до сих пор под арестом и в УВД их судьба неизвестна.

— Государь, справка по материалам дела, содержит, в том числе, заключение следователя по особо важным делам, которому мы передали все материалы дела, а также задержанных. В справке указаны основные нарушения, допущенные полицией. Эта справка — не наше мнение, а оценка особого отдела Следственного комитета. Каких-либо контактов со следователем у нас не было, он документы печатью с номером подписывает, а не фамилией и нам не известно, кто данное дело ведёт.

— Да, есть у них такой порядок для следователей по особо важным, — согласно кивнул император, изучая справку. Нажав на переговорное устройство, и услышав ответ адъютанта, Николай Петрович озадачил его: — Уточни, следователь «Т6» кто такой?

Император ещё пролистывал документы дела, когда вошёл адъютант и протянул ему маленький квадратный листок. Прочитав, император кивнул: — Ну, этот-то докопается, не слезет. Товарищи, к вам по этому делу вопросов нет. По МВД я меры приму.