Книга Имперский триатлон, страница 76 – Алексей Урусов

— Я не о том, — дождавшись небольшой паузы, Стас подключается к диалогу. — Не сомневаюсь в вашей порядочности. Речь о другом: моя сестра может Вас обидеть. У неё сложный характер, она ветреная и капризная, у неё уже есть опыт отношений с парнями, но для парней опыт отношений с ней был негативным.

Согласно киваю: — Мне вообще всегда казалось, что все девушки в большей или меньшей степени ветреные и капризные. Но это в них заложено изначально и с этим приходится мириться. Так что это не проблема. Мы привыкаем и притираемся друг к другу и вместе нам хорошо, а это главное. Мне не интересно, что у неё было до меня. У нас с нею всё началось с чистого листа и будет по-другому, по-правильному. Я после поездки на триатлон в Москву, а это совсем недолго, вернусь во Владимир, и мы вместе с нею и вашими родителями будем обсуждать варианты, как нам построить совместную жизнь.

— Она пока слишком легко воспринимает как жизнь в целом, так и отношения; и у неё, пока, во всяком случае, нет желания каким-то образом строить будущее. Она просто порхает по жизни.

Киваю: — Спасибо за предупреждение. Я обязательно над этим подумаю.

Сидя в машине размышляю: он, как старший брат, её совсем малюсенькой помнит. И, наверное, вообще не может воспринимать как взрослую. И в реальности, когда живёшь в одной семье и в одной квартире, всякие бытовые моменты возникают. Наверняка она в ванне красоту долго наводит, а он искупаться хочет. И на ровном месте претензии возникают — чашку там не убрал, носки положил не туда или вообще разбросал. А после сна она, наверное, забавная. Ему так повезло — Эля такая замечательная. Умная, приятная собеседница, красавица. Характер покладистый, ровный, не включает всяких там обиженок на пустом месте. А он этого не замечает; судьба старшего брата, она, наверное, такая: младшая сестра всегда для него останется маленькой несамостоятельной капризулей, постоянно требующей, чтобы за ней приглядывали. Ну а мне с ней повезло, и я это вижу…

* * *

Отъезд прошёл как-то незаметно: как и всем, участвующим в джигитовке, мне нужно было везти коня в Москву, и каждый сам выбирал для себя день переезда; главное — к нужному сроку явиться на регистрацию. Мне же надо было ехать к началу первого вида соревнований — первыми стреляют лучники, и я участвую. Так что, когда Рябов доложил, что всё готово, я назначил отъезд на следующий день. Съездил в монастырь и к Перловым, посидел за чаем. А вечер провёл с Элей.

Закрытая зона за Уралом. Академия-2 (Орёл-42а).

— Прошу, товарищи, — генерал-майор Гефт сделал приглашающий жест, пропуская вперёд себя руководство московской комиссии. Трое «гостей» сели с одной стороны длинного стола, Николай Артурович — напротив них, с другой. Как только гости расселись, Гефт пояснил: — Вся тематика академии является секретной. Но обсуждение совершенно секретных тем и особой важности ведётся только здесь. Готов дать вам ответы на все вопросы.

Возглавлявший комиссию заместитель начальника СВР по магии генерал-майор Репнин кивнул генералу и полковнику, сидевшим рядом: — По перечню тем, что мы обсуждали.

В разговор вступил полковник: — Николай Артурович, как так получилось, что происшествие оказалось неожиданным? Нет никаких инструкций по действиям в подобных ситуациях? Меры предосторожности не принимались абсолютно? В результате подобной халатности пострадали люди, более того, магической силы лишились три сотрудника службы внешней разведки.