Книга Трижды воскресший, страница 159 – Алексей Урусов

Было видно, что многие новобранцы выбрали службу в охране Окиновых именно в силу хорошей зарплаты, которую они будут получать. И именно они были самыми исполнительными и упорно вгрызались во все предметы, чтобы хорошо сдать экзамены.

Помимо «обычной» стрельбы из автомата, с нами занимались два ненца, натаскивавшие нас на снайперскую стрельбу и в целом обучавшие снайперской работе. И прежде чем мы начали стрелять, они больше недели тренировали нас организовывать работу снайперской группы, выбирать позицию, маскироваться, находить позиции вражеских снайперов.

— Ты, Андрей, однако, умный и сильный. А снайпер должен быть хитрый и выносливый. Я один раз сидел в засаде и очень умный снайпер на меня охотился, а я на него. Дело было, однако, летом, около реки. Комары везде летают, где-то небольшими тучками собираются и как будто танцуют. И около меня и моего напарника-наблюдателя тоже летают – потому что ненец хитрый, он специальной травы насушил, и ею мы натирались. Комары, однако, такую траву не любят, не кусают нас, но и не улетают далеко. Так мы и жили с комарами – они нас не трогают, мы – их не трогаем. А на противоположном берегу, между двумя кустами, комары не летают. И ненец думает – что-то их отпугивает. А что может их отпугнуть, как не пшикалка из химии. Лежал я смотрел, думал. Крепко думал, однако. Если там снайпер, то ему, однако, наш берег видеть надо, хороший обзор должен быть. И самому не сильно выглядывать. И должно быть удобно из винтовки стрелять. Примерно подумал-подумал, зарядил разрывную пулю и выстрелил туда, где туловище должно лежать. Слышу, негромкий вскрик. И я туда ещё два раза выстрелил. И сам, однако, вместе с помощником-наблюдателем, потихоньку отползать назад начал. Обиделся тогда поляк на меня, однако. Мина стал бросать. Беспилотники, специальные, зажигательные, как туча комаров полетели и стали по берегу падать, чтобы кусты и траву выжечь. Но нас там уже не было. И моих двух помощников тоже – второй помощник у нас за небо отвечал, он чуть подальше сидел и когда было нужно, свои беспилотники для наблюдения запускал. Нас уже в столовой поросёнком кормили – за каждого вражеского снайпера в полку поросёнка делают. Я за свою службу, однако, шесть поросят ел – а значит, шесть снайперов снял. Сколько бы они наших солдат и офицеров положили, если бы по-прежнему землю поганили?

По дороге из Москвы во Владимир.

Закончив петлять по московским улицам, колонна их трёх автомобилей выскочила на шоссе и стала уверенно разгоняться. Передняя и задняя машины были черными «Волгами» в дорогой комплектации, а между ними рычал своим мощным двигателем серебристый «Аурус».

Сидевшие в «Аурусе» начальник службы внешней разведки Николай Николаевич Грачёв и недавно вернувшийся с опасной операции Николай Артурович Гефт вначале молчали – Гефт с любопытством смотрел в окно на утреннюю Москву, а Грачёв тактично молчал. Когда же колонна выскочила на шоссе и взяла курс на северо-восток, Гефт оторвался от созерцания мелькавших микрорайонов и парков и повернулся к начальнику:

— Поздравляю, товарищ полковник. Видишь, день не виделись, а уже на звезду больше, – Грачёв пожал руку Гефт, – когда обмыть, определяй сам.

— Спасибо за хлопоты.

— Мы заранее подсуетились, поэтому и получилось быстро. Как только операция в Берлине вышла на финишную прямую, запустили представление на очередное звание. С остальным сложнее. Император согласовал присвоение тебе Героя, наградная комиссия тоже за, но пока все бумаги пройдут, ещё месяц, а то и два надо, не меньше.