Онлайн книга «КОМСОМОЛ-5»
|
Ой, стыдобища! Я с трудом поднял глаза от скатерти. Правильно есаул говорит, всё правильно. — Да уж, в таком разрезе не сильно героичное моё геройство получается… Дмитриев усмехнулся: — Но и нос вешать не след! Сказано — зарубка поставлена, принята к исполнению, так? — Так-то так… Ан опять письмо моё неотправленное осталось. Дирижбандель-то… — я вскинулся, разинув на есаула рот: — Ядрёна колупайка! — Чево такое? — Юстас-то! Борн этот! Я ж думал, вы «Пулей» сюда прибудете, она бы над двором как раз… Ёсель матерь! — Видал я твоего Борна. В подземной лаборатории сидит, деды его там припрягли какие-то реактивы производить, надеются наладить производство магоизолирующего состава — чтоб, понимаешь, на стенки мазать, ткани пропитывать. Мы им обещали запрос на связь с мастерскими Дашковых сделать, чтоб наново велосипед не изобретать, но этот Юстас, видать, увлёкся, безвылазно там корпит. Так что при деле он. Скажут переправить — ну переправим, много ли делов. — А связь когда? Мне бы надо бы срочно о ситуации на границе наших польских земель с Германией сообщить. — Вот это внезапно! — удивился Дмитриев. — А я-то как удивился, — хмыкнул я и вкратце пересказал историю с Глухолазами и Нысой. — О! У меня ж камера и фотографические аппараты из Ныс с собой. Надо Борну дать, пусть проявит. — Проявить-то он проявит, — медленно сказал Дмитриев, — а в Польше-то, похоже, зреет бунт. — Во всяком случае, в опольском воеводстве — точно. — Так это дело срочное! — есаул приподнялся и крикнул в двери: — Коряко́в! По коридору раздался топот, и в столовую заглянуло бородатое лицо: — Слушаю, ваш-бродь! — Антону скажи: хорош прохлаждаться, срочно пусть станцию к связи готовит. — Понял! — казак исчез, по коридору прогрохотали удаляющиеся шаги, а следом со двора раздался богатырский рёв: — Антоха, где ты есть⁈ Связь давай, экстренно! — Ишь ты, «экстренно»! — хмыкнул Дмитриев и отставил кружку. — Пока не ушли, Аркадий Ильич, документы. — Прям-таки обязательно «Ильич»? — Субординация! — сурово посмотрел на меня Олег Викторович. — Старше по титулованию тут никого нет, так что… — … изволь соответствовать, — уныло закончил я. — Именно! Но, чтоб сразу все точки над «ё» расставить, ты должен понимать: мы прибыли для чего? — Партизанить? — развёл я руками. — Правильно мыслишь. А то я уж боялся, что решишь, будто мы тебя домой против воли вернуть должны. — Да какое уж возвращение, когда государь велел!.. — Вот рад я, что у нас такое взаимопонимание. Поэтому давай по порядку. — Олег Викторович переставил кружки на разделочный столик и прошёлся по столу полотенцем — таки ж документы раскладывать будем! — Первое. Приказ о производстве в чин протоиерея. Со всеми вытекающими, так сказать. Я смотрел на выложенную на стол бумагу. Буквы скакали и не складывались в слова. С клацаньем закрыл рот. Выдавил: — К-какого чина?.. — Протоиерея, Аркадий Ильич, — Дмитриев смотрел по-отечески. — Ты ж некромант. Забыл? Тонкостев не знаю, но, говорят, на самом верху сие обсуждали. У вашего брата, говорят, по личным результатам чины-то выдают, не по выслуге. — Так это ж… — я проглотил ком в горле, — это ж как полковник?.. — Позже, говорят, комиссия лично освидетельствует, может быть и пересмотр. Пока, — он усмехнулся, — аванс, по навороченным делам. |