Онлайн книга «КОМСОМОЛ-3»
|
— А что там? Мне казалось — обычная кожа? И внутренние органы на месте… — Пф-ф! — снова фыркала Хотару. — И вас не смущало, что человек с как будто бы залеченными повреждениями лежит, словно мёртвый, и не приходит в себя⁈ — Э-э-э… — отец Бенедикт замялся. — Нам показалось, что это весьма удачно… Мы ещё добавили усыпляющего эффекта, чтобы… — Ага! Чтобы беспрепятственно набрать у пострадавшего два литра крови! — Ну вы преувеличиваете, милая, — смущённо покашлял отец Бенедикт, — всего четыре пробирки. — Видела я ваши пробирки! — крутнула хвостами Хотару. — Скажите спасибо, что я вам сразу головы не откусила! — Кхм… — отец Бенедикт поправил воротничок. — И всё же, вернёмся к органам. Признаться, вы здорово меня заинтриговали. Хотару вздохнула и встала в учительскую позу. А я почувствовал себя учебным пособием, потому что на мне собирались разбирать сложный материал. — У нас, как вы видите, на месте обширной раны образованы не-живые-не-мёртвые ткани. Ц! Если бы я успела раньше, Аригатаси не успел бы сотворить такой глупости. — Знаешь ли, это было самое умное, что я мог придумать, чтобы мои кишки не размотались по всему Кюбрунвальду, — проворчал я. — А что не так? — снова спросил священник, — я не вижу разницы… — Потому что вы не туда смотрите! — безапелляционно перебила его Хотару. — Глядите сюда, — она обрисовала коготком неровный контур на моём животе. — Глядите очень внимательно, отслеживая внутреннюю энергетическую структуру. Несколько секунд стояла тишина, отец Бенедикт таращился на мой живот, а потом признался: — Я ничего не вижу. — Я тоже, — прошептала Агнесса, выглядывающая из-за его плеча. — Н-да? — Хотару была озадачена. — Аригатаси, а ты? Нет, подожди, нам нужен кто-то, понимающий в мире мёртвых… Призрак! Мюллера (после того как кицунэ чуть не разорвала его на сотню маленьких мельников) вряд ли было возможно выманить из подвала, и призвали Николая. Хотару ещё раз изложила задание, Коля насупился, присмотрелся ко мне внимательно и довольно уверенно показал «неправильное» место на моём животе. — Только больно уж бледный ентот край, понимаешь, — словно извиняясь, сказал Коля Хотару. — Я, считай, его и разглядел-то, потому что хорошо помню, где дыра была. Так вот примерно в месте той дырки время от времени словно отблёскивает что-то, понимаешь. — Вот так, значит… — Хотару была здорово озадачена. — А ты сам, Аригатаси? — А сам я не могу подняться, — ворчливо заявил я. Тут меня, конечно, приподняли и почти посадили, подперев подушками. — Ну, герр Аркадий? — с воистину профессорским любопытством спросил отец Бенедикт. Я смотрел на свой живот. Странно, но зона закрытого ранения (вокруг которой действительно мерцало), была сильно меньше, чем первоначальная дыра. — Да, я чётко вижу границу. Живые ткани и… и неправильные. — Не-живые-не-мёртвые! — торжественно повторила Хотару и заговорила почти по-шамански: — Так бывает, если живое исцелять с помощью силы смерти. Я слышала о таком, но не думала, что когда-то увижу. В Японии последний мастер, способный на такие чары, умер пятьсот лет назад. Легенды говорят, что ещё раньше, в древности, были великие маги, которые могли запечатать эту силу в артефакты… Стало тихо-тихо, и все смотрели Хотару в рот. — Подобно исцеляющим магическим эликсирам? — осторожным шёпотом спросил отец Бенедикт. |