Книга КОМСОМОЛ-3, страница 11 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

Я кивнул ему и вышел на улицу. Огляделся. Целительница поспешила вслед за мной.

— Что вы планируете делать, господин некромант?

— Госпожа Морачевская. — Почему-то говорить было тяжело, и фразы выходили рублеными: — У меня… кроме незапланированного спасения вас и ваших подопечных… полно дел. Можете поверить, — я помолчал. — А можете нет. Ваше право. Эти уроды уже сожгли церковь. Вы заметили?

Мы обернулись на восточный край деревни, где за домами колыхалось оранжевое зарево.

— А вместе с ней и всех жителей вашей деревушки.

Целительница прижала ладонь ко рту.

— И я не успел спасти их. Извините. Сейчас я ещё немного поспрошаю вашего дружка… и поеду в Клостервальд. А потом буду встречать и готовить к эвакуации жителей Хёрерсдорфа.

Почему-то я был совершенно уверен в том, что вся эта затея удастся. А иначе — зачем всё?

— И вам предлагаю присоединиться к нам, — закончил я.

— Дирижабль точно будет? Не слишком ли вы уверены в себе, Аркадий Ильич?

— Я? О, я — уверен. По крайней мере, в прибытии дирижабля.

Я там такую жирную начинку на крючок прицепил, не сорвутся.

— И он полетит? Куда? В Берлин?

— Скорее всего, сразу в Россию.

— А вы? — я кивнул.

— А я, скорее всего — нет. У меня ещё дела.

Мы замолчали. В тишине зимней ночи стало слышно, как трещит и гудит пожирающий церковь огонь.

— Вы правда русский? — тихо спросила госпожа Морачевская.

— Вам нужно поклясться на крови?

— Нет-нет! Но… ваш немецкий — превосходен.

— Хорошие учителя. Ладно. Теперь у вас ещё есть пара минут на принятие решений, а у меня дела.

* * *

После очередных воплей я узнал, что таких бригад зачистки в округе ещё три, каждое — практически элита коалиции, прошедшая специальный отбор и обучение. Выяснил имена их командиров и нынешние места базирований. Главное управление этого кубла устроилось в городке с подходящим названием Страхотин. Мда, понапридумывают же люди…

Я вышел из дома. Следом за мной кадавры вытаскивали извивающегося англа.

— Куда вы его? — с внезапно проснувшимся подозрением спросила меня целительница.

— Что, клятва Гиппократа и прочий гуманизм? — усмехнулся я.

— Нет, никоим образом. Просто вы обещали, что не отпустите его! Вы обещали!

— А я и не отпущу. Вернее отпущу, но ему это не понравится. И вам тоже на это смотреть не надо.

Кадавры выносили из дома спящих детей и матрасы-одеяла из их кроваток.

— Детей куда? — панически закричала целительница.

— Госпожа Морачевская! — внезапно чего-то разозлился я. — Слишком много вопросов. Знаете, тут совсем неподалёку из детей снадобья делали. Такие специальные снадобья, для пользы Англии. Подготовились на поток дело поставить — развернулись основательно. И до сих пор бы делали, если б я не наведался в их лабораторию! И этих детей я намерен эвакуировать! И от подобных лабораторий, и от команд зачистки. А как вы способны их защитить, я видел! Или вы с нами, или сами по себе! Один раз спас, хватит!

— Извините… — пани София чуть отступила назад. Не иначе, опять зубы синим сияют. — И всё же, куда его? — она ткнула в уволакиваемого англа.

— Пусть посетит вашу церковь! — всё ещё сердито буркнул я. — Приобщится, так сказать! Не сидеть же с ним тут неделю.

Я сам быстро устроил в кузове ползуна широкую постель, принял и уложил ребятишек, укутал, добавив согревающий кокон. Вот же сурки, всё дрыхнут!