Книга КОМСОМОЛ-3, страница 55 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

ЖАЛЬ, ЧТО У НАС НЕТ КОМАНДЫ…

— Герр Аркадий! — позвал меня здоровяк Эггер. — Если вы освободились, то можно вас?

У дверей столовой в ряд лежали девять тел. Восемь — тех, с которыми я что-то сделал, и чуть в сторонке — девятый, Шмидт с простреленной головой.

— Нас наверняка будут спрашивать, — начал Бауэр.

— В таком случае вам нужно опросить Отто и Тобиаса, они появились на месте происшествия первыми, но остаются здесь, как вы понимаете. Со своей стороны, — я описал события так, как их запомнил до момента общего появления.

— Вы всегда спите в щитах? — с любопытством спросил Хольцер, уже отмывший кровавые потёки с волос.

— Конечно!Особенно если возможно появление врагов. Я и прыгнул на этого Шмидта так смело, потому что знал, что даже десять винтовочных выстрелов разом мою защиту не пробьют. Но… чтоб человек сам себя застрелил об щит рикошетом — признаться, такое я вижу впервые.

— А те восемь?

— Об этом, господа, я, к сожалению, говорить не могу. Это секретная информация. Единственное — если бы они не бросились на парнишку, остались бы живы.

На самом деле, я не вполне понимал сам, что сделал с ними. Похоже, разом вытянул жизненные силы.

Мы так с экипажами бронекоробок разбирались,– вспомнил Зверь, — на том поле.

Да… Похоже, для такого действия мне нужно быть на грани эмоционального взрыва. Ужас. Ярость. Такое.

Надо это записать в тетрадку.

Надо. Прямо сейчас и запишем.

И тут я обратил внимание, что один из трупов в итальянской шинели.

— А этот откуда?

— Похоже, Шмидт задурил головы не только своим приятелям, — мрачно хмыкнул Эггер, — но и столковался с паровозной командой. Это машинист. Вон тот — помощник.

— А вон тот — кочегар, — кивнул я. — Узнаю. Но надо же, какое скотство! Если они не хотели лететь с нами — почему сразу спокойно не ушли? Зачем мутили воду здесь? Если выбрались ночью из вагона — почему просто не ушли, а начали нападать?..

Повстанцы переглянулись между собой, словно спрашивая друг друга: можно ли мне говорить такое? Наконец начал Хольцер:

— Они всегда были странными, вся их семейка. Ходили слухи, что их прапрабабка путалась с вампиром. Она была целительницей и даже немного предсказывала.

— Скажи уж прямо — гадала, — поморщился Эггер.

— Пусть «гадала», — не стал спорить Хольцер. — Дед, старый Ганс, не был лицензированным магом, но делал атрефактные ножи. Продавал очень дорого и в основном чужакам. Говорили, что он отнимает силу у своих же детей и внуков, чтобы напитывать артефакты, поэтому все младшие Шмидты и получились абсолютными пустышками. Эрик, — он кивнул на подстреленного, — всегда от этого бесился. Он вбил себе в голову, что после смерти деда вся сила перейдёт к нему.

— А дед умер? — спросил я, подозревая, что знаю, о каком Гансе идёт речь.

— Неделю назад его расстреляли франкские офицеры из команды сбора рабочей силы. И ни один чёрный нож ему не помог.

— А сила к внуку?..

— Естественно, так и не перешла, — хмыкнул Бауэр. — Это же были просто бредни неуравновешенного психа!

— Сразу надо было его спровадить, — проворчал Эггер. — А теперь у нас есть поезд, но нет команды.

— Да и от поезда надо было избавиться ещё вчера, — хмуро сказал Хольцер.

— С толком избавиться! — осенило меня. — Устроить диверсию! Только, наверное, ничего подходящего в округе нет…