Онлайн книга «КОМСОМОЛ-4»
|
Одновременным расспросам не было конца. Отто с Тобиасом, естественно, сразу надулись, но тут уж я сказал: — Хватит, парни! Есть обычные бои и есть магические. Для чего бы я вас с собой потащил? Чтоб обоих в первую же минуту там ухлопали? Когда есть возможность — беру вас, нет — нет. Ваша помощь по обеспечению жизнеспособности нашего отряда дорогого стоит. Вы снимаете с меня огромный груз забот, и я вам страшно за это благодарен. Знаете, как говорят: тыл — настоящая опора победы. Тут они подуспокоились и даже немного собой загордились, так что у меня появилась возможность обсудить (прежде всего с учёными дедами) интересующий меня вопрос. Я ткнул ногой в гору трофейных клинков, сваленных в углу столовой на общее обозрение (ружьё, в силу его монструозности, осталось в более просторной кухне) и спросил: — А почему этот тип заявил, что был направлен Святейшим Престолом? Эта новость не понравилась Бенедикту ещё больше, чем просто бойня в прилегающем лесу: — Неужели кто-то в Ватикане решил воспользоваться сенью богомерзкой Коалиции новой цивилизации и снова поднял на щит знамя раскола? Они опять хотят быть лучше прочих? — Или вовсе единственными настоящими, — пробормотал Мюллер. — Но почему он говорил именно «святейший» престол, а не «святой», как обычно? — пытался дознаться я. Это же важно? Или нет? — Вас, герр Аркадий, в данной ситуации только это смутило? — усмехнулся Мюллер. — Да нет уж. На самом деле много чего. Броня эта его странная, белые бумажки, обезмагичивающие пространство, потом как он, мать его, разом исцелился. И вообще, — со внезапно вспыхнувшей обидой вспомнил я, — я ещё понимаю, что некромантов считают нечистыми, глядя на балканских вампиров. Но оборотней-то почему⁈ — Погодите-погодите, — остановил поток перечислений и возмущений отец Бенедикт, — давайте начнём с наиболее яркого. С заклинания. Вы не можете его точнее воспроизвести? — К сожалению, нет. Не запомнил. Да и не силён я в латыни. Кажется, про истинных святых что-то. — Зато я помню, — заявила Хотару. — Я эти слова даже не услышала. Я их… увидела, что ли? Они как будто в черепушке у меня пропечатались, когда сработали. Не уверена, что могу правильно произнести, но могу написать, — и она тут же исполнила сказанное на задвинутой в угол столовой грифельной доске. — «Молитвами истинных святых Ксинора и Тибулуса да будет освящено место сие. И запрещается любой магии быть в месте сим», — совершенно безо всякой экспрессии перевёл священник и скорбно покачал головой: — Это даже не боевой отряд… Это… — он потёр лоб, — старинный орден, упорствующий в своих заблуждениях. — Скажи прямо: упорствующий в ереси! — возмутился Мюллер. — И если бы их наличие не было бы так выгодно некоторым кардиналам Ватикана… — Ну подожди, — начал отец Бенедикт, и в его голосе я услышал носорожью поступь надвигающегося диспута, — они ведь не отступают от Символа веры… — Но они настаивают, что по-настоящему свят только престол римских пап, а все остальные патриархии выеденного яйца не стоят! — взвился Мюллер. — И они не признают людей с даром оборотничества людьми! — Так, СТОП! — рявкнул я. — Прошу прощения, это те Псы кардинала Гумберта, из-за которых едва не произошёл раскол христианской церкви в одиннадцатом веке? |