Книга Хроники Тириса. Книга 1, страница 102 – Василий Маханенко

— Для начала нужно добраться до центрального отсека, — после паузы произнёс Тень. Неужели мне удалось зародить в нём сомнения? Было бы идеально.

— Тащим лежачих! — приказал я, поднимаясь на ноги. Эхо встрепенулся, обрушившись на меня новой порцией требований поглотить ядро, но мне хватило всего одного вопроса, чтобы заставить его умолкнуть: «Как думаешь, у Тени есть личностная матрица?»

Наконец-то к Эхо вернулась адекватность. Учитывая всё, что боец Соларионов успел продемонстрировать, личностная матрица у него была. Пусть не такая всепоглощающая, как у Ариса Солариона, но рабочая. Способная вступить в контакт с управляющим контуром базы. Значит, Тень уже настроился на её ядро. Любое моё неверное движение, любая попытка поглощения будут мгновенно расценены как признание, что у меня есть нечто лишнее. То, чего у обычных людей быть не должно.

— Вначале досконально изучаем ситуацию, потом принимаем решения, — мысленно резюмировал я. Эхо умолк, явно расстроенный перспективой упустить столь мощный источник наноструктурных единиц. Но попыток перехватить управление больше не было.

Коконы с людьми мы оставили у входа — времени на героические спасения сейчас не было. Если кто-то выжил, то пару часов сумеет посидеть неподвижно. Добравшись до большого помещения, я осмотрелся.

Это мог быть центр управления крупным кораблём, но всё выглядело иначе. В центре зала возвышалась не привычная консоль, а гладкая стела, переливающаяся тусклым светом. Полупрозрачный кристалл. Эхо даже назвал его, но набор звуков, что он издал, человеческий разум ни повторить, ни запомнить не мог.

Стелла росла прямо из пола, сливаясь с ним, словно живое дерево из металла и света. По периметру зала зияли проёмы без дверей, ведущие в небольшие помещения или технологические ниши. Стены и потолок были лишены швов и стыков. Всё казалось вырезанным из цельного, слегка светящегося изнутри материала.

— Что дальше? — спросил я. Эхо уже осознал, что происходит, так что не вмешивался.

— Где-то на центре управления есть углубление в виде трёхпалой ладони, — ответил Тень. — Приложи туда свою.

Эхо, всегда стремящийся быть полезным, тут же подсветил нужное место на стеле. И совершил этим фатальную ошибку. Человек, не знающий, что ищет, не устремится к цели сразу. Эхо осознал это слишком поздно, убрал подсветку и, пытаясь исправить оплошность, начал хаотично высвечивать случайные точки на интерфейсе — места, с которых логично было бы начать обследование. Этому «совету» я и последовал, якобы случайно наткнувшись на углубление лишь спустя несколько минут.

Выемка в форме трёхпалой ладони была огромной. Моя кисть с оттопыренным большим пальцем и мизинцем, сложенная в подобие древнего жеста, выглядела в ней жалко, словно ребёнок пытался вложить ладошку в отпечаток руки великана.

— Получен запрос на единение, — отчитался Эхо. — Игнорирую.

Разумеется, игнорируешь. Нельзя ни принять его, ни отвергнуть. Обычный человек вообще не должен был этот запрос получить. Он его просто не увидит.

Хотя я ошибался. Малые базы предтеч создавали явно не только для себе подобных. Они были спроектированы как универсальные убежища. Не дождавшись ответа от личностной матрицы, центр управления начал диалог уже со мной.

Визор «Призрака» несколько раз дёрнулся, будто к нему подключались чужие протоколы. На дисплее замелькали незнакомые символы — письменность предтеч. Эхо, загнавший себя в глухую оборону, их не переводил. Символы мерцали, дробились и наконец сложились в понятную строку на имперском: