Книга Хроники Тириса. Книга 2, страница 86 – Василий Маханенко

Я медленно выдохнул, перечитывая сообщение. Что же у меня за судьба такая — встревать в неприятности с сильнейшими? Почему нельзя встретить кого-то простого, бесполезного? Какого-нибудь посредственного аристократа, который не умеет держать меч? Почему сразу гении?

— Время, — произнёс явившийся офицер. — Пора на арену.

Арена встретила меня уже знакомой тишиной, но на этот раз посреди зелёного газона стояли две капсулы. Не такие, на которых я обучался. Эти были больше, массивнее, с прозрачными крышками. Вокруг каждой капсулы мерцало силовое поле, создавая лёгкое голубоватое свечение. Я лишь усмехнулся. Меня спросили, умею ли я управлять космическим кораблём. Получив ответ «нет», посадили за лёгкий крейсер, с горем пополам объяснив, как и что работает. А затем, без подготовки, засунули в рубку линкора! Летать умеешь? Умеешь. Значит, с некоторыми изменениями вполне справишься. Груваки тупорылые.

Пока я смотрел на капсулы, с противоположного конца арены на зелёную траву вышел человек. Мой противник. Первое, что бросилось в глаза — его взгляд. Металлический, слишком хорошо мне знакомый. Внутри этого парня находится личностная матрица, причём, раз он всё ещё жив и имеет награду, находится там вполне официально. И он не Соларион!

Лицо Аларика было каким-то болезненно узким, с резкими чертами и высокими скулами. Складывалось ощущение, что он долго и упорно болел и, несмотря на старания медиков, выжил. Хотя, если верить тёмным теням под глазами, вопрос его выживания весьма сомнителен. Длинные тёмно-каштановые волосы были не только зачёсаны назад с какой-то ненормальной педантичностью, но ещё и гелем были обильно измазаны, чтобы ни одна волосинка не вздумала торчать. На форме не было ни единой складки, ни малейшего намёка на небрежность. Гений? Как по мне — безумец, уделяющий слишком много внимания каким-то мелочам. Хотя, может, именно из-за подобного акцентирования на мелочах его и считают гением.

Аларик Лиардан остановился в нескольких метрах от меня, и осмотрел меня сверху-вниз. Оценил. Вычислил. Разложил на составляющие. Сделал какие-то выводы.

«Человек?» — на всякий случай спросил я у Эхо. — «Или ещё один Калькулятор?»

«Имплантов нет», — заверил меня Эхо. — « Вероятность наличия управляющей матрицы — девяносто девять процентов».

— Каэль Золотой, в соответствии с кодексом титулов империи Тирис барон, тем более безземельный, не имеет права обращаться к графу тем тоном, который ты себе позволил, — произнёс он низким голосом, в котором совершенно не было эмоций. Прямо Векс, доведённый до абсолюта!

— В Императорской военной академии титулы не имеют значения, — парировал я. — В своей вступительной речи ректор Виктор Харгрейв чётко это обозначил. Так что я обращался к Кайдену Вейрану не как к графу или будущему маркизу. Я обращался к нему как к обычному курсанту. Или ты считаешь, что слова ректора уже ничего не значат?

— Некрасивая попытка жонглирования словами, — ответил Аларик. — Речь ректора касалась работы и учёбы. Работать должны все, независимо от титула или дома. Однако всё остальное должно оставаться незыблемым. Бароны обязаны знать своё место. Как и все остальные. Мне безразличен Кайден Вейран и ваше с ним противостояние. Я здесь из-за того, что безземельный барон посмел публично оскорбить графа. Такое нельзя спускать с рук. Если я выиграю — ты принесёшь официальные извинения графу Кайдену Вейрану. Не курсанту. Графу. С соблюдением всех формальностей, прилюдно, перед всей академией. Я выбрал оружие нашей дуэли, поэтому у тебя есть право выбрать сторону.