Книга Хроники Тириса. Книга 3, страница 141 – Василий Маханенко

Как бы там ни было, но всё закончилось хорошо — мы получили всё необходимое, после чего «Грувака» вошёл в гиперпространство. Три недели — столько насчитал центральный компьютер корабля. Для любой другой ситуации — смертельное путешествие для любого экипажа. Для нас — время на стройку!

Модульные блоки складывались быстро, так что уже через две недели я стоял на поверхности Таркоса, глядя на творение наших рук. Если бы кто-то мне ещё год назад сказал, что мы будем творить, посмеялся бы этому человеку в лицо. Потому что год назад у меня была «Кузница» и полное непонимание творящегося в мире. Сейчас понимание появилось, а вместе с ним и осознание, что лучше бы это понимание не возникало. Как же приятно и спокойно жить, когда ты маленькая букашка, не поднимающая голову к космосу. Никаких баз, никаких гипрпрыжков и врат предтеч с пиратами.

Последний день перед выходом команда разделились. На «Груваке» остались только «Малыши» и несколько членов экипажа — минимальный состав, необходимый для управления кораблём. Человек двадцать пять. Остальные ушли на базу. Потому что никто не знал, что нас ждёт на выходе. Если ксорхи нападут, времени эвакуировать всех не будет.

— Странное ощущение, — пробормотал капитан Валк, глядя на приборную панель. Проняло даже его, обычно невозмутимого вояку! — Знать, что ты выходишь из гипера, а большая часть экипажа сейчас пьёт чай в сотнях тысяч световых лет от нас, внимательно наблюдая за тем, что у нас получается. И, если вдруг в горле пересохнет, можно в любой момент сходить к ним за чаем.

— Я сразу говорил, что ничего стандартного у «Малышей» не будет, — ответил я. — У меня и вовсе капитаном корабля рядовой работает. И менять это я не собираюсь.

Выход!

Панель навигации «Груваки» замигала красным. В системе, рядом с которой мы очутились, находилось минимум четыре сердцевика. Это те, которые располагались с нашего края. Что там происходит на другом конце системы, было непонятно — сканеры хоть и работали на технологии, аналогичной гиперпространству, быстро заглядывать в такую даль не могли. Предел «Груваки» — половина стандартной системы. На большее наших сканеров не хватало. Но даже их оказалось достаточно, чтобы показать заметившую нас смерть.

Четыре сердцевика. Это сила, сопоставимая с шестью-семью линкорами, объединёнными в единый строй. Тяжёлые корабли ксорхианцев, несущие на себе Сердце — центр принятия решений.

— Твою мать, — прошептал Райн. — Приплыли!

— Ещё нет, — ответил я. — Выгружаем врата! Времени у нас в обрез!

Нас заметили сразу. Сердцевики рванули с места так, что становилось страшно. Они не стреляли. Зачем, если пространство вокруг уже было накрыто блокираторами гиперпрыжков? Если еда сама пришла в твой дом, зачем спешить? Можно медленно подойти, наслаждаясь каждым моментом. И наслаждаться ксорхи собирались, судя по показаниям сканеров, пять часов. Столько времени было до нашего контакта.

Мы давно подготовили врата, привязав их к одному из истребителей. Я забрался в кресло пилота и вылетел из трюма на полной скорости, уходя как можно подальше от «Груваки». Минут через двадцать, когда корабль превратился в маленькую точку, я остановился и вышел в открытый космос.

Приложив руку к вратам, я начал нажимать на символы, растягивая врата в стороны. Узоры на металле засветились ярче, после чего творение предтеч начало расширяться. Никто не понимал, откуда врата берут металл для расширения и куда металл уходит во время сжатия. Но непонимание не запрещало пользование.