Книга Вампирский роман Клары Остерман, страница 124 – Ульяна Черкасова

Итак, мы заговорили о беспокойстве по возвращении в Новый Белград.

— Никогда не была там раньше, – мрачно произнесла Сестра Марина, собирая крошки со своей тарелки. Меня от этой привычки воротит, хотя сам порой готов тарелку вылизывать. Когда, конечно, на неё вообще есть что положить. – Мне и вправду… нехорошо. Не люблю большие города, скопления людей. Отвыкла за годы в монастыре.

— Дело не в этом, – улыбнулся Афанасьев. – Дело в Проклятом городе.

— Проклятый город? – переспросил Шелли. – Проклятый это…

— Злой. Испорченный. Обречённый. Плохой, – объяснил Афанасьев. – Но в данном конкретном случае можно объяснить и совсем прямым переводом. Город, на который наложено заклятие.

— Ваши сказки, – не выдержал я.

— Это вовсе не сказки, – возразил Афанасьев почти оскорблённо. – Это вполне себе история. Святая Злата умерла как раз в городе, который стоял когда-то на месте Белграда.

— Ниенсканс, – вспомнил Шелли. – Древняя скренорская крепость. Вы её отобрать.

— Во-первых, не отобрали, а честно получили по договору о заключении мира, – поправил я.

— Во-вторых, – добавила Марина, – Ниенсканс появился уже многим после. Скренорская крепость долго не простояла, все там погибли, – поправила Марина, голодно оглядывая стол. Я подозвал официанта и попросил принести ещё пирога. Профессор, к счастью, заплатил.

— Их убить ратиславцы? – с подозрением спросил Шелли.

Мы все трое, как представители Ратиславии, искренне оскорбились.

— Да что у вас вечно во всём ратиславцы виноваты, мой дорогой друг? – спросил с нескрываемой печалью Афанасьев. – Никого мы в этом Ниенскансе не убивали. Сдались нам эти ниенскансцы. Наши князья в это время другим были заняты, друг друга резали, землю делили. Они бы до Ниенсканса и не дошли.

— Потому что не смогли бы запомнить его название, – хмыкнул я.

— Людей в Ниенскансе погубили духи Нави, – мрачно произнесла Сестра Марина с такой интонацией, будто духи Нави-Прави-Хренави вот-вот появятся в вагоне-ресторане.

Нет, пусть появляются, но только не когда я наконец-то ем, да ещё и бесплатно.

Мне нравится, как Афанасьев хорошо знает историю. Я и сам любил читать летописи, но господин Дроссельмеер, судя по всему, совершенно ничего не знал о Ратиславии кроме того, что ему там хорошо платят, а потому совсем не обучал меня ни нашей культуре, ни истории, ни литературе. Все знания я получил исключительно благодаря отцу, который много занимался с нами. Ну, может, ещё немного запомнил после Военного Императорского училища. Профессор истории там, увы, давно впал в маразм и только порой рассказывал, будто много веков назад Ратиславию пытались захватить людоящеры, но наши славные предки их победили. Экзамены, к счастью, хоть сдавать не пришлось. Прямо перед выпуском профессор умер, и руководство просто проставило всему курсу высший бал.

— Сама-то крепость, которая осталась от Ниенсканса, до сих пор стоит. Ну, то, что от неё сохранилось, – продолжил Афанасьев. – Там сейчас располагается лечебница для душевнобольных. Ну а скренорцев тут, конечно, давно нет. Духи невзлюбили их, потому что земля там проклятая. Так что поселенцы постепенно сами все сбежали, и долго территория считалась ничьей, хотя Скренор официально признавал её своей. В итоге мы забрали её себе, как верно отметил Демид Иванович, по итогам мирных переговоров. А прежде, задолго до скренорцев, там жили рдзенцы. В летописях нигде не упоминается название их города.