Книга Посмотри, наш сад погибает, страница 113 – Ульяна Черкасова

— Ты их знаешь?

Велга остановилась рядом с Мельцей, подняла руку, выставив пальцы так, что капли ударялись о них, брызгами рассыпались по ладони. Рядом с людьми гроза уже не казалась такой пугающей.

— Их хевдинга, Арна.

— Он твой друг?

— Ха! – смешок вышел горьким, и в нём прозвучало так много чувств, невысказанных и невыстраданных, что Велге стало не по себе.

Она снова посмотрела на стоянку скренорцев. Даже сквозь рокот бури и шум дождя доносились их голоса, и знакомый северный язык, язык её матери, на котором Велге пели колыбельные, всё равно показался пугающим и чужим. Инглайв разрушил всё: и её дом, и свадьбу, и будущее, и даже робкую детскую любовь к суровому северу, что взращивала в ней мать.

— Меня должны были выдать замуж за скренорца, – проговорила она задумчиво. – Я всегда мечтала уехать на север. Но… сейчас они кажутся мне такими… непонятными. Вроде бы тоже люди: голова, две ноги, две руки. А всё равно другие. Даже их улыбки. Ты замечала, что они улыбаются по-другому?

Матушка приехала с севера в Старгород много лет назад, но так и не смогла стать своей. Она не приняла Создателя. Она тосковала по дому. Она всегда выглядела чужой, нездешней, и Велгу завораживала холодная красота матери. Ей, наследнице Буривоев, не досталось ни длинных ног, ни тонких рук, ни светлых волос Осне.

— Неужели? Какие заботливые у тебя были господа. Выдать няньку сына за скренорца… богатый хоть?

— Я…

Велга улыбнулась в растерянности, лихорадочно пытаясь сочинить ложь, чтобы она показалась правдоподобной. Какая же она дура! Как она могла такое сказать?

За спиной раздался писклявый лай.

— О, Мишка, – Велга обернулась и подхватила щенка на руки.

— Он за тобой как за мамочкой, – усмехнулась Мельця. – Признал, значит, своей хозяйкой.

Мишка принялся посасывать Велге пальцы.

У щенка были грязные лапы, и она держала его осторожно, чтобы не перепачкаться. Велга с радостью опустила бы его на землю, но он вовремя появился, и можно было увести разговор в другое русло.

— Нужно его покормить, – сказала Велга.

Скоро все, включая Мельцу, собрались у костра. Гроза не думала заканчиваться, и дождь лил как из ведра, и стемнело быстро. Мир сузился до их костра и девяти человек, что собрались вокруг. Мишка заснул на постеленной мешковине рядом с огнём. Трещали ветви под котелком, и гребец по кличке Белка мешал похлёбку. Пахло недурно, но есть из общего котелка Велга брезговала и потому предпочла пирожки и яйца. Змай от неё не отставал.

— Ты поосторожнее с пирогами, – Мельця шлёпнула его рукой по животу.

— Что? – лицо Змая обиженно вытянулось. – Ты на что намекаешь?

— Да на то, что кое-кто зимой засиделся дома.

Видно было, с каким трудом он боролся с собственными желаниями. Несколько раз Змай отдёргивал руку, но всё же вернул пирог в корзину.

— Хех, – Мельця прыснула от смеха.

— Вот ты коза, – он потянул её за кончик выбившейся из косы пряди и захихикал.

— Можно к вам?

Под навес зашёл человек, встряхнул плащ, и с него полетели брызги. Он был невысок, не толст, но и не худ. Большой нос, светлые волосы, голубые, точно ледяной морской водой промытые глаза.

— Арн, сколько лет, – улыбнулся Змай и тут же вскочил с места. – Садись поближе к костру… и к нашей Мельце.

Чародейка сдержанно улыбнулась.