Книга Посмотри, наш сад погибает, страница 36 – Ульяна Черкасова

Выше, на холме, стояли красивые усадьбы знатных горожан, там жили князья Белозерские.

Шесть лет назад, когда Велга была ещё слишком мала, Далибора Буривой рассорилась со своим братом Кажимежем и против его воли вышла замуж за князя Белозерского. Отец говорил, что тётка сделала такой выбор назло ему. Мать утверждала, что других вариантов у тётки не было. Далибора считалась глупой и страшной – по крайней мере, так утверждала нянюшка, – и потому замуж её мог позвать только такой же глупый и страшный жених.

«Пусть и Белозерский, пусть с самой Лебёдушкой в родстве, а всё-таки порченый», – как-то раз сказала нянюшка. Отец за такое, пожалуй, мог бы её и выпороть.

Пусть сын и младший в роду, пусть «порченый», да только князья Белозерские были богаты, раз младшему сыну построили такой большой дворец, что башенки его виднелись издалека. И на княжении в Старгороде тоже посадили его.

Велга сразу узнала знакомую крышу. Они с матерью навещали тётку накануне больших храмовых праздников. Отец в гости ходить отказывался, тётка к ним тоже не заглядывала, и одна только матушка считала нужным поддерживать родственные связи.

Частокол вокруг усадьбы был высоким, острым – не перелезть. Впрочем, Велга никогда через заборы не лазила и даже не думала пробовать. Ставни уже открыли. Окна во дворце младшего Белозерского были большие, с искусной, тонкой, точно кружево, резьбой. Со двора разносился шум: звучали голоса, звенели молоты. У ворот никого не оказалось, пришлось стучать. Выглянул заспанный дворник.

— Сегодня подачек не будет, – буркнул он и тут же захлопнул ворота.

Велга осталась стоять, хлопая глазами. Конечно, он принял её за побирушку. Она грязная, запуганная, жалкая. В такой девке никак не узнать княжну по крови.

Пришлось снова стучать. И кричать властно, так, чтобы холоп засомневался, с кем говорил.

— Сказал же! – сердито крикнул из-за ворот дворник. – Не дадут ни…

— Вели позвать княгиню! – гаркнула Велга и сама от неожиданности подпрыгнула.

Лицо дворника вытянулось от удивления.

— Чего-о? Пош…

— Кому сказала: вели позвать княгиню, скажи, к ней пришла её племянница, господица Велга Буривой.

С той стороны повисла мёртвая тишина. Ни шагов, ни криков. Рыжая, заскучав, села под воротами и принялась отчаянно чесать ухо, понюхала заднюю лапу, лизнула. Стоило признать, что даже она выглядела благороднее, чем Велга в проеденном молью платке.

Медленно на тоненькую щёлочку приоткрылась дверь, из неё выглянул одним глазом дворник, тёмный зрачок забегал вниз-вверх, вниз-вверх.

— Это… тебя… ночью… вас там? – сбивчиво пробормотал он.

— Да, – Велга хотела сказать как можно твёрже, но голос её дрогнул, а лицо сморщилось.

Дворник тут же распахнул створку ворот, и она вошла во двор, Рыжая скользнула за ней.

— Куда?! – хотел было замахнуться на неё холоп, но Велга вскинула руку.

— Не смей. Она моя.

Всё ещё сомневаясь, дворник осмотрел девушку с головы до ног. Она его не помнила, но Велге редко приходилось обращать внимание на холопов, тем более чужих. А вот дворник, если давно служил Белозерским, не мог не узнать племянницу госпожи. И постепенно на его лице и вправду проступило узнавание.

— В… Велга… – ахнул он и вдруг осенил себя священным знамением. – Буривой, – добавил он шёпотом, точно страшную тайну.