Книга Экзорцист 1, страница 101 – Сергей Савинков

VERTUNTUR IN SANGUINEM. Надпись вспыхнула и исчезла.

— Пролей кровь, значит, - я хмыкнул и достал из кармана нож.

Чиркнув по руке, я болезненно зашипел и капнул немного крови на надгробие. Звук сдвигающейся каменной плиты заставил меня отпрыгнуть в сторону. Заглянув в темный провал, я увидел ступени. «Как же хорошо иметь ночное зрение», - подумал я, пригибаясь и начиная спускаться в подземелье.

Запаха плесени или разложения я не почувствовал. Посреди выложенного камнем пространства находилось надгробие с какой-то антропоморфной фигурой. Раньше мне доводилось видеть фотографии с надгробиями рыцарей и английских королей, но увиденная фигура больше напоминала грубую поделку, словно из глины.

— quidefilessepulchrummorietur (Осквернивший могилу умрет), - раздался в подземелье зловещий шепот.

За спиной послышался шум закрывающейся плиты.

«Ловушка захлопнулась», - подумал я.

Едва плита закрыла вход, как фигура, лежавшая на каменном саркофаге, начала меняться. Склеп был довольно внушительных размеров. Метров шесть на десять, никак не меньше.

— Мать его, сука, гребаные раввины с их вселенской мудростью, это ж надо было придумать, поставить сторожить могилу голема! - выругался я, заметив серую фигуру хранителя склепа.

Удар ломом не дал результата. Мое единственное оружие увязло, не причинив противнику вреда. Тварь сформировала из своей руки что-то вроде кувалды и отмахнулась от меня, как от назойливой мухи. Получив удар в грудь, я болезненно вскрикнул. Судя по треску, моим ребрам пришлось несладко.

— Ах ты, падаль, ну держись, хохлома не расписанная! - заорал я, бросаясь в атаку.

Несколько раз мне удалось ударить голема по голове, от чего тварь немного замедлилась. В следующий момент голем нанес ответный удар своей рукой-кувалдой. Я снова я отлетел в угол склепа, где болезненно приложился затылком о стену. Будем думать, регенерация не даст мне подохнуть. Если я ничего не путаю, у этой твари во рту должен быть свиток с заклинанием или шем, который заставляет его двигаться и выполнять приказы. Тварь, тяжело ступая, подошла ко мне. Торчащий из головы лом голем попросту игнорировал. Я начал аккуратно отползать от голема, очень сильно желая, чтобы в руке оказался нож. Увы, чуда не произошло. Я судорожно схватился за обрез, и уже хотел было выстрелить в противника, но передумал. Толку стрелять в ожившую глину? Ну, вышибет пару кусков из твари, а смысл?

Тварь склонилась надо мной, а я схватился за край лома и попытался его выдернуть из головы монстра. Голем дернулся и отмахнулся, а я едва не распрощался с зубами.

— Сука! - проорал я и, оттолкнувшись от земли, обхватил монстра за пояс, надеясь припечатать его к саркофагу.

Куда там, голем прочно стоял на ногах, а по моей спине заколотили увесистые кулаки. Выдержав несколько ударов, я попытался приподнять монстра над головой. Безрезультатно. Спина горела огнем, а я вопил от боли, чувствуя, как мои кости хрустят. Голем заключил меня в медвежьи объятия.

Извернувшись, я вбил один из кулаков в голову твари и начал шарить внутри в поисках свитка. Как на зло, моя рука не чувствовала ничего, кроме глины.

— Где этот проклятый свиток? - прошипел я, чувствуя, как меня сдавливают с нечеловеческой силой.

Голем, вероятно, понял мои намерения и перехватил мою руку. Тварь заключила меня в объятия, словно своего лучшего друга.