Книга Черный Хирург, страница 58 – Родион Кораблев

Но они не приходили и не приходили.

Вообще, глава гильдии хорошо умел скрывать эмоции и часто напоминал подчиненным, что из любой ситуации можно найти выход – кстати, не только напоминал, но и демонстрировал делом! – но сейчас даже он признавал, что выхода нет.

— Может это Волна такая странная? — задумался он.

В принципе никто же не знал, что именно происходит с маяком во время Бурана. Выживших-то не было. А вдруг монстры не сразу нападают на адептов, а как-то вытаскивают поодиночке с одной ведомой им целью? Впрочем, это сильно расходилось с опытом – монстры могли быть хитрыми и проявлять чудеса изобретательности, но их цели всегда оставались простыми, понятными и укладывались в формулу – «видишь адепта – поймай и выдерни врата, пока этого не сделали конкуренты».

И никаких тебе сложностей, а тем более двойного дна.

Тем более, монстры действительно конкурировали. Причем не столько индивидуально – Волна гасила такие порывы – а мир против мира. Ведь Волну запустили именно древние миры и с конкретной целью – часть добычи должна была уйти в центр кластера, чтобы миры монстров становились еще сильнее, еще могущественнее.

Какая у них там складывалась ситуация, Ренген доподлинно не знал, но не сомневался, что монстры активно конкурируют, потому что конкуренция была самым простым механизмом развития что у монстров, что у адептов. Мини-цивилизация многоножек это отлично доказала. Хитрые многоножки не только вытеснили конкурентов с пятого слоя, но и спокойно смотрели, как те умирают от рук адептов каждую Большую гонку.

Монстры боролись за ресурсы не хуже разумных, просто разумные были этими самыми «ресурсами», поэтому не всегда видели борьбу…

Надо сказать, некоторые специалисты в Первом Радиусе критиковали Большую Гонку, указывая, что это не только огромный тренировочный полигон для адептов, но и рассадник для монстров, где они становятся сильнее с каждым тысячелетием, причем насколько сильнее – никто не знает. Однако Совет великих школ быстро затыкал рты недовольным.

В конце концов, как один скромный кластер может угрожать миру адептов? А даже если монстры Квазара наберут силу, Совет считал, что справится с любыми последствиями. И в этих словах была логика – снаружи Галактики монстров проживало куда больше, но Первый и Второй Радиусы, а также Дальние Рубежи как-то справлялись. При этом монстры Квазара уступали истинным созданиям Бесформенного, живущим снаружи Галактики.

Так что они не могли угрожать всерьез.

Хотя, глядя на систему Шайн, Ренген уже не был так сильно в этом уверен. Местные чудовища, может, и не могли похвастаться запредельно высокими уровнями, как истинные создания Бесформенного, зато имели две Силы, что давало им некоторую автономность и независимость.

А все их собратья подчинялись либо Вселенной, либо Бесформенному.

Впрочем, все эти загадки мало касались Ренгена и его коллег с базы. Им в любом случае осталось недолго. И эта простая мысль уже дошла до всех обитателей базы, даже до тех, кто поначалу рассчитывал выжить. Мол, сооружение квази-шестой стадии должно вывезти!

Но нет, им объяснили, что сбежать будет даже сложнее, чем на обычной платформе, точнее, затратнее. А их главная цель здесь – это доработать технологию Каркаса, отправить данные в Первый Радиус и спокойно встретить свою судьбу. Хотя, конечно, желающие могут попробовать уйти через Бездну самостоятельно, но только после выполнения главной задачи.