Книга Легион, страница 99 – Родион Кораблев

Вот Алекс и боялся, что Ферма займется тем же самым. А с учетом ее размеров, скорости передвижения и проблем с ориентацией, за вратами можно будет гоняться хоть всю жизнь. Однако они добрались, и врата даже не думали никуда скрываться.

Правда, кокон вызывал чувство абсолютной защищенности, и казалось, что целая армия адептов не сможет вскрыть его силой. Но именно туда Алексу предстояло забраться…

— Это больше чем врата, – спокойно произнес он, – это часть конструкции левиафана. Поэтому они не могут передвигаться.

— Мы еще не знаем, есть ли там врата. Чтобы выяснить это наверняка, туда надо забраться, – заметила Мирам.

— Для начала подойдем вплотную, только медленно. Чтобы не коснуться кокона.

— Предупреждаю, что у нас на хвосте Хемет. Он, конечно, не смертельная угроза, как эта штука, но может вмешаться в самый неподходящий момент. Может, добьем его, чтобы не мучился? Все равно там половина бойцов уже на полпути к монстрам. Мы им только одолжение сделаем.

— Не сейчас. Он – наша страховка.

— В чем ее смысл? Мы же вот-вот Ферму начнем резать. Это вызовет такую реакцию, что никакой Хемет ее не остановит. Потому что Ферма гораздо важнее Достойных. Их в Радиусах еще полным-полно.

— Вот это мы и выясним, – спокойно заметил Алекс.

В отличие от Мирам, он не считал, что Ферма важнее Достойных. И логика тут была простой – монстров у Бесформенного много. Левиафаном больше, левиафаном меньше – никто и не заметит. Их хозяин вообще легко мог прождать и миллион лет ради своих целей. Достойные же были новым видом. И с этой точки зрения они превосходили любого монстра. Просто потому, что меняли правила игры между адептами и Бесформенным – с их помощью можно было сделать адептов союзником Бесформенного.

И тогда долгому противостоянию придет конец.

При этом сдать Достойных было бы не лучшим выходом, потому что жители Радиусов рано или поздно сообразят, какую опасность представляют сектанты, и начнут охотиться на них уже всерьез. Так что судьба Достойных была предрешена – либо они полностью перейдут на сторону своего господина и будут постепенно перетягивать к себе адептов, либо их вообще не останется. В любом случае возврата к прошлому не будет.

— … Если не Бесформенный, то Фест это должен понимать, – закончил свою мысль Алекс.

— Ты исходишь из того, что наши противники действуют в рамках известной тебе логики, – возразила Мирам. – А у них могут быть свои резоны. Кроме того, мы не видим всей картины.

— Но мы должны из чего-то исходить. Вот я и исхожу из того, что Достойные важнее Фермы.

— И ставишь на это наши жизни.

— Чем адепты занимаются тысячелетиями.

— Ну, допустим… Но если ты не хочешь драться с Хеметом, то что ты сделаешь с ним, когда его армия доберется сюда? По моей оценке, у него уже около трехсот тысяч бойцов. Вряд ли он будет слушать твои аргументы.

— Мы сделаем так, чтобы он до нас не добрался. Для этого достаточно забраться в барьер.

— Тогда можешь приступать, – хмыкнула Мирам. – Мы уже почти касаемся его. Как ты и просил…

Алекс и сам видел стену гудящей энергии на краю легиона. И пусть левиафана «приглушили», однако того, что осталось, с лихвой хватало, чтобы отпугнуть любого адепта, а тем более армию.

Однако он не собирался сейчас сражаться или продираться через кокон силой. План строился на том, что подобное может проникать через подобное. Собственно, именно так легион сюда и добрался.