Книга Закат 1, страница 83 – Василий Лазарев

В глубинах бесконечного пространства возникла яркая точка. Она стремительно приближалась, развив бешеную скорость в космосе. По мере приближения она принимала знакомые формы. Неужели? Мамонт содрогнулся при виде приблизившейся к нему фигуры. Перед ним висел, еле шевеля золотыми крыльями ангел! От него исходило свечение, скрывающее детали, но то, что напротив Мамонта плыла в космосе человеческая фигура, молодой человек не сомневался. Какого она роста сказать было сложно, но выглядела огромной! Его крылья в размахе могли конкурировать с ИЛ-96. Какое-то время они молча смотрели друг на друга, в голове Мамонт возник хаос из сюрреалистических картинок, но он так и не понял, что хотел ему передать ангел. Наверное, что-то важное или это всё продолжение галлюцинаций. Затем ангел начал удалятся, так и не сказав ни слова. Мамонт ощутил неловкость и ему стало стыдно что, повстречавшись с ангелом, он так ничего и не понял. Впрочем, как он мог что-либо сказать в безвоздушном пространстве и вообще, ангелы разве говорят?

Вслед за ним Мамонт начал опускаться обратно в бурлящий серый котёл. Зажмурившись, Мамонт проткнул грязные облака и таким же образом, как и взлетел, приземлился на том же место откуда якобы поднимался. Мамонт не был уверен, что он куда-то летал. Больше походило на бред или воздействие галлюциногенов. Или воздействие оранжевой аномалии. Его опустило в жилой модуль беспрепятственно протащив через крышу. Мамонт на миг ощутил себя ещё раз мухой в янтаре. При следующем ударе сердца наваждение пропало и оранжевый туман рассеялся. Мамонт поймал в свои объятия летевшую к нему Наташу.

— Что это…, где я! — Наташа затравлено огляделась. — О, Господи, я ещё здесь! Какое счастье! — Она повисла на Мамонте. — Серёг, ты не представляешь, что я сейчас видела!

— Почему же, очень даже представляю, ангела? — улыбнулся Мамонт.

— Нет! Дьявола! — её глаза наполнились слезами. Молодой человек вгляделся в неё и изменился в лице.

— Натаха! Ты себя видела? — по его глазам она поняла, что-то случилось и ещё больше побледнела, став как лист бумаги.

— Так всё плохо? — она опять приготовилась плакать. — Шрам?

— Да нет же, милая! Ты не представляешь! — Мамонт повернулся к Крохе. — Кроха, дай Наташе зеркальце.

— Ах, ёж твою мать! — Кроха демонстративно прикрылась рукой увидев лицо Наташи. — Охренеть!

— Ну чего вам там вола ебёте, — вскипела Наташа, — на кого я похожа? На Квазимодо?

— На, смотри, — она открыла пудреницу и повернула зеркалом к ней. Наташа впилась глазами выискивая в отражении зеркала новые разрушения на лице. Но не найдя ничего, ахнула.

— Аномалия! Она полностью излечила меня, — закричала на радостях Наташа, — Кощей, никаких следов не осталось.

— И у меня, — мужик со сломанными ногами рассматривал их и не находил повреждений. — Как новые!

— И нас тоже, — раненые, дожидавшиеся своей очереди на радостях, ощупывали друг друга.

— Фантастика! — пробормотала Кроха. — Я чувствую себя заново родившийся.

— Здесь была ржавчина, — постучал по металлу Клёнов. — Я хотел подкрасить, а сейчас её нет.

— Мои ботинки как новые! — воскликнул кто-то.

— У меня была дырка на комбинезоне.

— Оранжевая аномалия всех обновила, — догадалась Наташа. — Но попутно сыграла на нервах. Кто что видел?