Онлайн книга «И пришел Лесник! 1»
|
— Как это? — Его плоть начнёт таять как снег или лёд. Кожа покроется жёлтым налётом и станет хрупкой как промокашка. Затем она утончится и местами исчезнет, оголив мышцы. Когда вся кожа растворится и останется только на лице, следующим этапом начнут исчезать мышцы по такому же принципу. За ними кости. Всё это время он будет чувствовать, что с ним происходит, но помешать этому никак не сможет. Начнётся всё с лёгкого зуда и почёсывания, а кончится адским котлом. Последним растворится мозг. Вся прелесть «заморозки» состоит в том, что, когда исчезнут нервы боль не прекратится. — И сколько это длится? — голос у Лианы всё же дрогнул. — Часа три, — спокойно ответила Наташа. — Мы пока вас не встретили, нас нашли муры. Два мура. Вот они неподалёку так умирали. — Аристарх, ты нас тоже так хотел оприходовать? — спросил я, спокойно зная, что под даром успею убить и Наташу и его тоже. — Нет. То есть мы искали транспорт, но нет. Ну откуда я знал, что кто-то в своём уме может на одном БМП разъезжать по дорогам. Втроём тем более. Кто? Только муры или внешники. Наши все конвоями ходят. Если бы не Гном… — Вот как значит? — я нисколько не расстроился. Правда всего хорошо. Ну а защищается каждый как может. Они ведь не знали кто мы. На мурах не написано, что они плохие парни. — И Наташа готова была сыграть с нами в Новый год? — Я не дура же. Я после Михея на всё готова, но вы нас тоже поймите. Мы думали это тех двоих ищут. Простите, — Наташа виновато мигнула фиолетовым цветом. — Не за что прощать. Я бы тоже завалила. Ну может Лесника ещё помучила перед заморозкой немного, — улыбнулась Лиана, стрельнув в меня глазами. — Всё хорошо, что хорошо кончае…, — хотел сказать я, но сверху на БМП что-то свалилось. Не маленькое такое килограмм на четыреста или больше. Гном резко затормозил, все полетели вперёд. Аристарх не удержался и сильно приложился головой о железку. Череп остался цел, но кровь полилась водопадом. Маша кинулась останавливать её. — Рубер, сука! — завопил Гном и дал по газам. Теперь все полетели обратно. Кроме меня, я человек учёный и успел вцепиться в поручень. Я не видел заражённого, но судя по скрежету металла он был уже опять на машине. Башня заскрипела, рубер уцепился за ствол пушки и стал её гнуть. Следующим ударом он начисто с мясом выдрал верхний люк. Его кошмарная лапа просунулась внутрь и стала шарить в салоне. Маша завопила так что заложило уши. Я вытащил нож внешника и рубанул, наотмашь отсекая ему три пальца. Наверху взревел монстр, лапа исчезла. Не знаю был ли точен в классификации Гном, но рубер это почти элита, а значит регенерация его была близка к максимальной пальчики отрастут минут за двадцать. Рубер шатал башню грозя оторвать и вот тогда мы все окажемся как на ладони. Может быть он потеряет целую лапу, но мы потеряем человека, может даже и двух. «Одер!». Пока все разинув рты смотрели, как башня срывается с креплений я уже открыл задний люк и рыбкой вышел на улицу. Всё нормально, мама. Я одел шапочку. Броневик, казалось, застыл на месте, когда я оказался на дороге. Я обернулся. Ну и дура! На башне БМП сидело нечто. Если тогда суперэлиту я видел издалека, то сейчас мне захотелось в туалет. Но я это по секрету говорю, не может же офицер думать о таких вещах на задании. Я всю войну ловил диверсантов, они попадались разные. Одни сразу поднимали лапки, а были и такие которые из меня сами могли сделать отбивную. Они же тоже не на курорт летят. Знали бы вы как их готовят, сущие смертники на парашютах. Терять им нечего. И вот при встрече с такими всегда вставал ребром вопрос. Или он, или я. Пока что был я. Но вот сейчас я почувствовал некую неуверенность. Я описывал раннее, что из себя представляет элита или её младший брат рубер. Этот был раньше пантерой. Однозначно кошачья грация, немого изменилась голова и клыки стали как моя рука. Матовые чёрные шестиугольники брони по корпусу, четыре лапы все с приличными когтями. Тело длиной метра четыре, не считая хвоста с костяным наконечником и вес под полтонны. Очень жирный экземпляр. Кошка заметила меня и зашипела, раскрыв пасть и обнажив саблезубую пасть. Но постойте! Я же под даром сейчас… |