Книга И пришел Лесник! 6, страница 52 – Василий Лазарев

— Ну? — нетерпеливо спросила Кобра.

— Он сказал: «пожалуй, сделаю ей четвёртый размер», — Плакса заглянула под простыню, и подняла восхищённые глаза на папашу Каца.

— Чего же ты молчал, эскулап? — заинтересованно взглянула на него Лиана. Кобра отнеслась к этому спокойно, она могла сделать со своим телом что угодно без посторонней помощи.

— Дык, не спрашивали. Плакса кроме… этого, у тебя есть ещё какие-нибудь жалобы? Тошнота, головокружение? Ты попала под мощный выброс радиации, твои волосы со временем отрастут, — Плакса схватилась за голову с удивлением ощупывая её. Я заметил, что она даже и не попробовала заплакать.

— А с психикой как, Изя? — не выдержал я.

— Всё отлично, поправил.

— И в правду хорошо, мои панические атаки с тех пор, как я стала квазом, исчезли. Пока, во всяком случае. И кожа, кожа! Товарищ Кац, как вам удалось? — она обняла его и поцеловала его в губы. Заросший щетиной папаша Кац приосанился.

— Здесь моей заслуги нет. Надо сказать «спасибо» гидре и её меткости. Я, конечно, постарался и купировал последствия столь мощного воздействия насколько мог, но детей не советовал бы заводить всё же.

— Смешно, — кивнула Плакса. Хм, папаша Кац настоящий кудесник, как преобразилась женщина. Да что уж там. Она сейчас выглядела девушкой, кожа приобрела уникальный нежно-голубой цвет, гармонируя с её синими глазами. Изменилась и фигура, мне показалось он поработал не только с грудью. Что-то неуловимо изменилось, то ли он ей удалил нижние рёбра, то ли увеличил кости таза, но прям ням, ням. Блиииннн! Так он ведь сделал её «под себя», старый пропойца. Не такой он уж и старый, для Улья в шестьдесят лет жизнь только начинается. Понятно. Может быть поэтому он так старался доказать нам, что Плакса не контролирует себя в плане мысленного приказа. Народ то у нас горячий, расстреляли бы на месте в медицинском блоке.

— Ну ты же ещё молода, — неуклюже заметил папаша Кац и покраснел.

— Спасибо, что заметил, — кивнула Плакса.

— Потом объяснитесь, — не выдержала Лиана. — Нам пора убираться из этого гнилого места.

— Почему гнилого? — спросила покрасневшая как помидор Плакса. Ну вот теперь вместо того, чтобы плакать, она будет краснеть.

— А как это ещё назвать? К вечеру здесь невозможно будет дышать, а завтра бункер просто будет кишеть заражёнными. Или мы хотим разнообразить им меню?

— Она права, пора валить отсюда. Что за маршрут ты хотела предложить, Плакса? — спросил я.

— Я? Не помню такого. Хотя, дай подумать. Сейчас, когда Михайловка перекрыта у нас есть только один путь через Шлюз.

— Так я и знал, — поморщился Череп. — Местечко то ещё.

— Что с ним не так? — спросила Кобра.

— Народец там гнилой подобрался. Монгол со своими корешами. Он у нас в Морге два года назад появился и сразу очень мне не понравился. Крикливый, в каждую щель свой нос сует. И свиту себе подобрал подобающую. В бункере начались кражи, которых отродясь там не было. В итоге Монгол попался на горячем, был нещадно бит, как говорят в романах, а попросту мы его слегка покалечили. Оторвали руку, я лично хотел оторвать и голову. В конечном итоге он ушёл в Шлюз. Волшебным образом после его прибытия туда, как мы скоро узнали, скончался в рейде их предводитель. После этого события поголовье местных авторитетов резко сократилось, кто-то утонул в канале. Кого-то сожрали в рейде, а двоих увёл с собой нейромант.