Книга И пришел Лесник! 6, страница 7 – Василий Лазарев

— Вот волк, — заскрежетала зубами Кобра.

— Ну, а что вы хотите, иногда вместо того, чтобы впасть в кому, люди сходят с ума и начинают рвать друг друга.

— Как это? — раскрыла рот Лиана.

— Ну так, зубами и ногтями. Вроде и не заражённые, но как берсерки рвут друг дружку, только дым стоит. Вас чаша сия миновала, вы просто спали.

— Вы за нами наблюдали? — ужаснулся папаша Кац.

— А как же. Мы же должны выявить нормальных и вовремя вытащить их.

— Поэтому с нами никто не общался?

— Да. Но теперь всё нормально. Мы, например сюда втроём попали. Одна девушка с ума сошла и в итоге разбила себе голову об стену и умерла. Друг мой, Рекс уехал в хранилище. А я вот перед вами. У вас тоже трое из семи. Все, кто остаются нормальными, живут дальше. Но то, что здесь происходит сложно назвать жизнью. Мы ведь тоже польстились на мнимое могущество и возможность отдохнуть. Всё это туфта, лапша на ушах. На поверхности большинства стабов постоянно идут боевые действия. Они идут и под поверхностью, но наверху жить почти нельзя. Радиация, заражённые. Заражённые благодаря нейромантам обладают небывалой мощью. Нейроманты охотятся за телами в коме, но не брезгуют и живыми. Вы сталкивались с нолдами ранее?

— Сталкивались не то слово, — хмыкнула Кобра.

— Так вот они младенцы по сравнению с нейромантами. Я вам ответственно заявляю, а я уж их столько на тот свет отправил, — заверил нас Череп. — Нейроманты не люди как нолды. Если нолды опережали нас в техническом развитии оставаясь homosapiens, то эти ими не были никогда. Это чистый инопланетный продукт, жестокий и безжалостный. Они упыри в первую очередь, если поймают, то выпьют кровь. Но не надейтесь, что вы умрёте, вас обратят в обращённого, нашпигуют имплантами и отправят назад в бункер.

— Так это же будет заметно. Обращённого? — воскликнул папаша Кац.

— А вот и нет. Обращённого не сразу и вычислишь. Обращённый не становится элитой, он продолжает оставаться человеком. Я бы его сравнил с элитой по силе и ловкости, мозги же остаются человеческими. И он вынужден пить кровь, хотя бы немного. Если он, конечно, не нарвётся на ментата или знахаря. Остальные его не раскусят, пока он не начнёт пить кровь, — зловеще сказал Череп.

— А заражённые?

— С этими всё просто. Нейроманты усиливают элиту имплантами и выпускают «погулять». Почти вся элита, выросшая здесь побывала в их лапах. Лично я не встречал, чтобы заражённый добравшийся до вершины пищевой цепочки шатался без дела по закрытым секторам. В закрытых секторах вы не встретите тупых заражённых сбивающихся в стаи или орду, — Череп мечтательно что-то вспомнил.

— Короче, людей здесь прессуют нейроманты? — подвёл итог я.

— Точно так. И вместе с ними заражённые и обращённые. Последние могут довольно долго маскироваться среди обычных людей. Жить в отдалённых бункерах. Такие случаи уже бывали, вдруг сообщают, что какой-то бункер перестал выходить на связь. А он стал полностью набит обращёнными.

— Что за импланты ты упомянул, Череп? — я не понимал, что это такое.

— Усиливать себя и прокачивать дары можно, как и прежде жемчугом или горохом. Он всё-таки остался у элиты. Но в добавок к нему нейроманты ставят такие небольшие устройства, ну не знаю, как объяснить. Увидите, короче, сами сразу поймёте. Электронные, что-то впрыскивают в кожу увеличивая силу, скорость, ловкость. Или улучшая основной дар. Биохимия, замешанная на электронике, говорю же инопланетяне, мать их. Убивая элиту, мы получаем не только жемчуг, но и имплант. Один всегда есть.