Книга И пришел Лесник! 7, страница 91 – Василий Лазарев

— То есть изначально Чужие были за нас? — переспросила Кобра.

— Да. Они и сейчас за нас, то есть за Древних и против Спящего. Но их осталось не так много, но объединить их сможет твой имплант, папаша Кац.

— Кац-объединитель! — Плакса смачно поцеловала в макушку своего знахаря.

— Где-то так, да, — кивнул Архимед. — Но сейчас всё настолько запущено, что они мало нам чем помогут. Например, Ктулху слушается только самих Древних, как ты уже сам понял. Мы можем только договориться с ним не убивать нас, но приказать ему, мы не в состоянии.

— И как быть? — так он меня бесил, учёный этот. Вечно разведёт драму на ровном месте. Всё пропало, всех убили.

— Нужен Древний, — ах, эти невинные глаза!

— Нибелунг подойдёт? — теряя терпение, спросила Лиана.

— Вряд ли, нужен кто-то из командного состава, — пожал плечами Архимед.

— Мы его родим тебе, что ли? — взорвалась Плакса.

— Зачем, вот здесь написано, что она спит в анабиозе, — Архимед показал пальцем на писание.

— Она? — Лиана, потирая руки, подбиралась к Архимеду всё ближе.

— Да, командир корабля, — радостно сообщил Архимед.

— И где? — срываясь на крик воскликнул Череп. — Что из тебя тянуть всё приходится.

— Я не знаю. Пишут только, что координаты усыпальницы есть на каком-то пенале…

— Ну всё, говнюк. Теперь ты корм для собак! — это уже не выдержал Паша.

— Какой должен быть корабль, на который влезет несколько миллионов? — удивилась Лиана.

— Если верить записям то, девяносто пять процентов экипажа находились в анабиозе. И только когда капитан дал разрешение покинуть корабль началась активация капсул и вывод из анабиоза, — ответил Архимед, осторожно обойдя клетку с попугаем.

— Ага и тогда началось самое веселье, — печально покачала головой Плакса. — Как им я сочувствую. Вот так улететь в другую галактику, проснуться и превратиться в чудовище.

— Ещё хуже проснуться в чужом желудке, — рассмеялась Лиана. — Что дальше, Жень?

— Пора выбираться отсюда. Архимед, здесь точно нет указаний где искать капитана? И корабль?

— Нет. Ничего подобного. Остальные бумаги, то есть пластик это планы бункеров и отчёт исследований заражённых. Нам это ничего не даст, если мы не собираемся выводить себе помощников.

— Вывели уже одного, — папаша Кац покосился на попугая.

— Жалко. А если мы не сможем достать тот злополучный пенал? — озадаченно сказала Кобра. То мы и никогда не найдём её.

— Я бы не стал так фатально смотреть на вещи, дорогая. Пенал у Титана, Титана спит и видит прибить нас, а мы его. Значит мы обязательно встретимся, — разложил по полкам Череп. — Обязательно!

— На этот раз он не сбежит от нас. Плакса, ты, к примеру сможешь его в пузырь закрыть? — проскрипел знахарь

— Так и сделала бы, дайте мне только увидеть этого старого гондона. Ты вроде говорил, что после Шлюза надо попробовать разбудить ваших друзей? — вспомнила Плакса.

— Лесник? Пробуем?

— Да, тем более Морг здесь рядом. Пошли. Не забудьте сказать хранителю спасибо.

— Спасибо тебе, ящер, — кивнул монстру Череп. Хранитель повёл себя странно и загородил собой входную дверь.

— Это ещё что за фокусы, — удивилась Лиана. — Нам пора, мы уходим! — Громко по слогам повторила она.

— Этот идиотизм меня всегда поражал. К нам, как-то иностранная делегация прибыла в институт, но переводчик где-то потерялся по дороге. Был у нас один Шульман, говорил, что знает испанский. Так вот он тоже им объяснял по слогам на ломаном русском и при этом кричал словно они глухие. Лиана, деточка, он не понимает ни по слогам, ни как иначе. Даже не старайся, — засмеялся папаша Кац.