Книга И пришел Лесник! 12, страница 60 – Василий Лазарев

Пользуясь даром, я сделал два телепорта по прямой, благо длина коридора позволяла и уже через две минуты влетел в общий зал. Красиво! Все местные лежали на каменном полу уткнувшись носом в холодные камни. Папаша Кац суетился вокруг Иштар. Рита стояла на столе и в момент моего появления разбила череп одному из сопровождающих, по-моему «ксеру» тяжёлым сапогом экзоскелета. Его мозги добавили колориту разместившись в салате и фрагментарно на мясной нарезке. Ким сидел в прострации не зная, чем заняться, а Гюрза держала лезвие ножа на горле Немезиды, но дар пока свой не задействовала.

— Всем, привет! — голос мой почему-то слегка изменился. Впрочем, я сразу понял почему, взглянув в большое зеркало на стене. Моё лицо стало зелёным по цвету кислотных испарений и покрылось волдырями. Голосовые связки тоже потеряли былую эластичность, мой голос стал сиплым как у сифилитика.

— О, Боже! — Гюрза мельком взглянула на меня и с надрывом крикнула. — Женя, эта сука убила Иштар!

— Лесник, она остановила ей сердце в последнее мгновение! — крикнул издалека папаша Кац. Я телепортировался прямо на стол едва не сбив Риту. Она с опаской отодвинулась от меня.

— Сколько прошло времени? — я одновременно рванул клапан кармана доставая белую жемчужину и приложил палец к её шее.

— Две минуты, и я не могу завести его назад. Полное окаменение организма! — чуть не плача сообщил папаша Кац.

— Как знал, как знал, — пробормотал я, открывая ножом ей рот со стиснутыми намертво челюстями. Иштар вся была как камень, здесь не только сердечная мышца, а всё тело парализовано. Словно Иштар посмотрела на медузу-Горгону. Не идёт! Наплевав на все предосторожности, я просто разорвал ей связки, иначе оттянуть нижнюю челюсть не представлялось никакой возможности. Есть! Я тут же положил ей на язык последнюю, третью жемчужину. С таким процентом смертей мы, пожалуй, дальше не справимся или нам нужна ферма, где разводят скребберов. За что мне нравятся белые жемчужины, так это то, что они мгновенно вставляют. Человеческий организм после такого импульса просто взрывается, ну ещё бы, где скреббер, а где мы. Столбняк у Иштар пропал мгновенно, ещё через пару ударов моего сердца она открыла глаза, и приложила руку к нижней челюсти. Посидев так минуту и срастив порванные мышцы, она стала озираться по сторонам.

— Где эта тварь? — прошипела она, увидев меня её глаза широко раскрылись — О, пупсик, ты уже побрился? — Вероятно она имела в виду мою зелёную морду всю в кровавых язвах.

— Да, лисичка, кислотой. Как поживает тётенька, что нас так мило приняла у себя? Моя благодарность, пожалуй, не будет иметь границ, — просипел я, чем поверг в шок папашу Каца.

— Дай, я тебя посмотрю, — папаша Кац вцепился и крепко в мою шевелюру.

— Что молчишь, сучка тупая? — Иштар полностью пришла в себя и в её голосе я услышал металл. Остальные местные лежали не двигаясь, видимо после приказа Иштар, но всё слышали

— Она не слышит тебя, Иштар, — проскрипел знахарь, по-прежнему крепко держа меня за голову.

— Чего это вдруг? Только что она слышала прекрасно! И даже назвала меня паскудой, — удивилась Иштар.

— На, посмотри. Ты к тому времени уже умерла. Она остановила тебе сердце, — папаша Кац катнул к ней через стол два круглых маленьких шарика.