Книга И пришел Лесник! 13, страница 111 – Василий Лазарев

Выскочив из-за поворота, я застыл как поражённый молнией. Вместо ожидаемого рубера я увидел его самого с дружком и явную элиту. Вот кого я никак не ожидал увидеть так их всех сразу. Каким образом они оказались здесь? Впрочем, этим вопросом можно задаться позже. Иштар без сознания, папаша Кац в ещё более худшем состоянии. Первый рубер, что заманил нас в ловушку всё-таки получил от Стрелка. В его груди вроде зияла дыра, хотя нет, картечь не пробила его броневую пластину, но всё-таки нашла путь слегка повредив и вызвала кровотечение. Это было настолько несущественно, что рубер даже не заметил такую царапину. Его длинные лапы доставали почти до пола своими когтями. Он провёл по стене ими оставляя глубокие борозды в кирпиче. Зыркнув на нас глубоко посаженными жёлтыми глазками он приготовился атаковать. Второй рубер несколько отличался от первого. Он также стоял на двух ногах, но имел четыре верхних лапы. Они были короче и мельче, чем у первого, но более подвижные. Но больше всего меня поразила его голова, она напомнила мне хищное растение, росянку кажется. Голова или что-то подобное пульсировало розовыми сосудами, пронизывающими красный бутон. На наших глазах он раскрылся четырьмя лепестками показав нам множество крючковатых зубов сантиметров по десять устилавших изнутри лепестки. Бутон разошёлся почти на два метра выбросив в нашу сторону лепестки и сомкнулся назад. Механизм был мне понятен, если это чучело схватит кого-нибудь, то ему сразу настанет крышка.

Но жемчужиной в этой троице, несомненно, была элита. Можно долго описывать её, но я постараюсь в двух словах. Вертикально стоящая сороконожка. Каждая нога имела большой крюк в виде серпа и шевелилась независимо от других. Гибкая трёхметровая лента, утыканная такими крючками, не имела глаз и где у неё конец, а где начало было не разобрать. Глаза, естественно, где-то были, но я их не разглядел. Весь её корпус имел толстую броню, состоящую из шестиугольных хитиновых пластин. Я бы рекомендовал огнемёт для всей этой троицы, но его, к сожалению, не было.

— Моя элита! «Одер», — первым делом я разрядил в неё перстень-артефакт, который почти уже не держал заряда. Не знаю, что с ним происходило, скорее всего полноценно заряжаться он мог только в броневике. Но броневик мы благополучно потеряли. Удар вышел так себе, но средняя часть это каракатицы заметно смялась, а десяток ног с серпами на концах безжизненно повисли. Уже что-то. Разделявшие нас десять метров я преодолел одним прыжком филигранно оказавшись прямо перед элитой. На долгий спарринг я не рассчитывал. В столь ограниченном пространстве мне будет труднее. Я хоть и имел броню, но она по всей видимости уступала элите, а это значит, что она пробьёт меня быстрее. И здоровья у меня меньше на порядок. Пользуясь секундами своего дара, я ударил неподвижную элиту зазубренным мечом, выросшим из моей ладони. Он скользнул по броневой пластине, раз, второй. Из последующих трёх ударов, только один достиг своей цели и пробил сороконожку насквозь. Вынимая меч из раны, я нанёс элите как можно больше повреждений раздирая её тело выступившими зубьями, почти как пилой. Распилить, правда её не получилось. У меня оставалось время ещё на один удар, и я нанёс его по лапе со страшным крючком. К моему удивлению мне довольно легко удалось её отсечь. Я узнал, как можно победить сороконожку, но моё время закончилось.