Книга И пришел Лесник! 16, страница 11 – Василий Лазарев

— Я понял. Наши и так уже на максимуме. Лиана? — я посмотрел на свою рыжую девочку аппетитно отклячившую свою задницу облокотившись на ружье внешников.

— Жень, я согласная на всё кроме голодовки, — она похотливо облизнула верхнюю губу и эротично закусила нижнюю.

— Начальник, как скажешь, — Сиплый играл заточкой проделывая головокружительные фокусы неподвластные обычному человеку.

— Девочку надо прокачать, — согласилась Чума.

— Держи, Вика! — я вытряхнул жемчужину из коробки. — А коробочку я себе оставлю на память.

— Идти сможешь? — Лиана подставила мне плечо. Я попробовал. Сделал шаг, стараясь сильно не наступать на сломанную ногу. Нормально, ещё шаг. Подпрыгнул и не почувствовал боли.

— Что за гипс такой волшебный? — спросил я знахаря.

— А, ты же ни разу его не носил? Старые запасы, ещё от внешников. Зря мы их всех взорвали, где теперь брать ништяки, ума не приложу, — Изя выпятил нижнюю губу в задумчивости.

— У них баз на поверхности в каждом секторе как блох на собаке, — Чума показала на разноцветную клеёнку. — Там затаримся, самое главное, что у нас есть карта!

— И правда, серьёзный лабаз вижу я! Начальник, здесь недалеко, — обрадовался Сиплый и показал пальцем на самый ближний склад. — Почти в том месте, где и красный кружок.

— Сперва идём в стаб отмеченный кружком. Жрать, вы чего собираетесь? И живчик на исходе, — сказал я.

— Идём, идём. Километров десять, до темноты успеем дойти? — проворчал знахарь.

— Кто ж его знает. Сиплый позади пойдёшь, смотри там, как ты умеешь.

— Не боись, начальник, — «синий» достал заточку и зачем-то спрятал её в рукав. По привычке, наверное, решил я.

Первый километр прошли как по кладбищу, тихо и спокойно. Я шёл первым и старался замечать всё что попадалось на пути. Вот заражённые проторили дорогу себе, наш путь наискосок пересекала «просека» примятой к земле высокой травы. И не один шёл, минимум четверо. Причём последний был уже рубером, длинные когти оставили глубокий отпечаток в земле, а нарост на пятке говорил о зрелой особи. Пройдя влево по примятой траве, я нашёл рваный резиновый противогаз и обглоданную человеческую ступню. Ну понятно, закусили атомитом мимоходом. Я подал своим знак остановиться. Пахло чем-то до боли знакомым. Ветер принёс запах кожи и ружейной смазки. Проследив за направлением ветра, который довольно мощно прижимал траву, я понял, что запах идёт почти навстречу нам. Чуть правее нашего курса. Слева в тридцати метрах начиналась чернота, справа густая трава и опушка леса с высокими густыми деревьями. Идеальное место для засады, дальше проход ещё больше сужался и скукоживался до двадцати метров в ширину. Новый порыв ветра принёс вместе с оружейной смазкой гнойную вонь. Единожды полежав в полевом госпитале, ты её уже никогда не забудешь. Ба, старые знакомые решили на нас поохотиться.

Я предупредил всех, что сейчас начнётся замес и собрался уже дать залп в траву, как по нам открыли стрельбу. Не дождались. Пули летали как хотели, неудивительно, судя по стрекотанию это были Шмайсеры. Чуть лучше Макарова, но в такой траве они выпустят весь боекомплект в молоко. Вот подключился пулемёт и в трёх метрах передо мной взрыло фонтанчиками землю, и вверх полетела трава пополам с чернозёмом. Понимая, что наше местоположение раскрыто я пробежал левее, давая понять остальным, чтобы ползли назад. Лиана сразу поняла, и перекатом скрылась в густой траве. Чуму и Сиплого заставлять тоже не пришлось. Папаша Кац немного задержался и получил пулю в руку. Дёрнув застывшую Вику, он, пригибаясь по крабьи пополз назад. Я выстрелил. Просто замечательно, густая сеть электрических разрядов, казалось, только этого и ждала. Проникнув сквозь множество стеблей травы, юркие и неопасные с виду разряды покрыли собой значительную площадь. Результатом стало протяжное мычание метрах в двадцати правее, крики боли и просто вонь от сожжённых тел. Вот вы где засели, голубчики!