Книга И пришел Лесник! 16, страница 88 – Василий Лазарев

Следом за ним влетел ещё один оранжевый, у этого в руках был обычный шмайсер. А вот дырки от его пуль выглядели чудовищно. Двоих защитников сразу разорвало пополам, я не поверил своим глазам такой мощи обычного автомата. Вероятно дело было в их оранжевых глазах, нажрались какой-то дряни и вот результат. Автоматчик долго не прожил и лёг рядом. Следующим в провал влетели муры, трое или четверо. У них уже были дары. Невысокого роста мужик в клетчатой рубахе с усами, переходящими в бакенбарды, вскинул руки вверх. На нас тотчас полетел весь тот хлам, что лежал на полу. Старые аккумуляторы, пустые газовые баллоны, остатки мебели и даже кирпичи. Откуда взялись последние я не понял, но один из них очень эффектно снёс голову нашему защитнику. Я дал команду отходить, стало понятно, что наша баррикада ни черта не защищает и зря подставлять стрелков я не хотел. Пусть наберётся побольше нападавших, и мы им устроим массовый падёж скота.

— Сиплый, щит! — кристаллический щит тут же перегородил коридор давая возможность отойти всем и забрать раненых. Хорошо хоть внешники додумались сделать коридор с поворотами, а не прямой на всю длину. Щит продержался под ошеломляющим натиском чуть больше минуты, с той стороны по нему успели запустить две оранжевых гранаты и так по мелочи. Мы услышали, как он упал и по коридору разнёсся победный рёв атомитов и муров. Я задвинул за спину Вику, порывающуюся влепить атакующим, но я берёг её дар на крайний случай. Пока я сам с ними поиграю. Сотворив три маленьких шаровых молнии, я бросил их за угол одну за другой. «Одер»!

Выглянув следом за молниями, я пришёл в неописуемый восторг. В коридоре набилось не менее полусотни колоритных личностей. На миг мне показалось, что я нахожусь снова в так любимой алкашами пивной «Три пескаря». Язык автоматически ощупал зубы, выбитые там пивной кружкой и выросшие заново уже в Улье. Обрабатывать их всех ножом я не собирался. Времени не хватит и сил, пожалуй, скорее сломаю себе руки и не успею свалить. Задумка моя состояла в другом. Я бежал следом за молниями до самого выхода и раскидывал гранаты с жёлтой полосой. Понимаю, что от коридора ничего не останется, но сейчас об этом уже некогда думать. Надо завалить вход, иначе нам не удержаться, и вся эта пиздобратия ломанётся вниз. А там мягкие розовые попки защитников Холма. Двадцать человек против этой армии с оранжевыми глазами. Шаровые молнии работали, исправно прокладывая мне дорогу вперёд по коридору. Пролетая рядом с муром или атомитом они выплёскивали мощный единичный заряд, выжигавший напрочь мозги. Атакующих было очень много и теперь они мешались сами себе. Мои молнии истощились, пролетев едва половину расстояния до разрушенной двери. Пробраться дальше не представлялось возможным. Закидав коридор гранатами с установленными на пять секунд таймером, я рванул назад. Я успел скрыться за углом, когда прозвучало семь взрывов. На какой-то миг за углом воцарилась тишина. Я выглянул в коридор и увидел, что в нём не осталось живых. Даже тяжелораненых. Весь пол был завален разорванными телами, ощущение такое что их всех пропустили через мясорубку. С «Тремя пескарями» покончено, наконец-то господь выжег этот гадюшник! Но это было всего лишь несколько десятков человек, а внизу карабкались сотни заинтересованных лиц.