Книга И пришел Лесник! 14, страница 106 – Василий Лазарев

— Расскажи, что за двойная жизнь у него такая была. Я, наверное, самая большая дура из всех.

— Начало ты и сама знаешь. Ты же его сама вместе с Тьмой фотографировала на том сборище.

— Помню, — улыбнулась София. — Я как раз попала в Улей прямиком с новогодней вечеринки. Вся в латексе, прикинь. Для меня это был такой шок, ты себе представить не можешь!

— Смешно, — Пингвин усмехнулся.

— Прошло буквально два месяца, и Терентий пригласил меня на их сходку. Массовая групповуха под лайт-спеком, здесь у кого хочешь крыша съедет. Там я их с Тьмой и сфоткала. Терентий оказался весёлым, с ним было легко. Пока они не сходили к тому существу. После этого он призадумался и остепенился. Скорее всего испугался.

— Не думаю. Просто решил заняться делом и не прожигать жизнь попусту, — не согласился с ней Пингвин. — Он себе цель поставил править стабом. Это он уже мне после того похода рассказывал. Хочу, мол, баллотироваться на главу стаба. Я ржал тогда долго над ним, но он упёрся. Упрямый как осёл. И тут вдруг попёрло. Появились средства, люди и вообще. Чуть позже он обратился ко мне как к другу. Поможешь, говорит, вместе со мной наверху сядешь. И завертелось. Оказывается, он каким-то образом связался с Тьмой. Прошло уже больше года как она пропала, а тут нате вам, здрасти. Я когда узнал, кем она стала, чуть сердечный приступ не получил.

— Кем? — спросила София, перелезая через очередной завал.

— Ты реально не знаешь? — Пингвин даже остановился. — или прикидываешься?

— Слышала вроде какие-то слухи. Есть у таргов королева, но то, что это Тьма, честно не знала.

— Ну-ну. Ладно, так вот она к тому времени опутала весь стаб своими уродами. Говорили, что они и дальше просочились. У нас люди стали пропадать, тарги в городе часто появлялись, разве не помнишь? Примерно тогда Терентий договорился с ней и через неё с внешниками, что будет лоялен, но только если они его усадят в кресло хозяина стаба. Тьма приструнила своих, но люди по-прежнему продолжали пропадать, но уже не в таких количествах. В основном с линии фронта, там незаметнее. Фронт, кстати, тоже он придумал.

— Зачем?

— Но как же. После землетрясения единственный выход на большую землю остался через бутылочное горлышко на западе. Терентий прикинул хрен к носу и решил, что его надо перекрыть. И тогда он станет царём и богом в Столице для всех. Внешники по его совету нагнали туда муров и встали как шлагбаум. Всё одно к одному, даже появившийся кластер в районе Белорусского вокзала с магазинами. И остались мы жить на острове. Внешники могли спокойно таскать людей с линии соприкосновения. К нам кое-как проникало пополнение через туннель. Тарги вроде притихли. На время всё устаканилось, пока внешники не заинтересовались почему Тьма превратилась из человека в тарга. И тогда они словно с цепи сорвались, жуть как им захотелось попасть к существу. А здесь как раз перевыборы подошли. Народ был недоволен Терентием. Почему до сих пор не сожгли таргов? Отмазка что они нам не дадут грабить военные склады долго не продержалась. Потом он придумал, что тарги могут направлять к нам скреббера и о чудо, как раз нам попался скреббер. Этого хватило ненадолго. И тогда Терентий предложил внешникам усилить давление на западном фронте. Началась движуха, народ поутих вынужденный защищаться. Терентий ввёл военное положение и отмену перевыборов. Ко всем прелестям ещё появилась шпионская сеть в городе. Постоянные диверсии, отстрел неугодных Терентию людей снайперами-невидимками и прочее.