Книга И пришел Лесник! 14, страница 133 – Василий Лазарев

— Да уж лучше не щёлкать лицом, — поддакнул второй. — Давай направо крути на развилке. И по прямой три километра. Считай приехали. В баньку пойдёшь с нами?

— Думаете надо? — проверка?

— Да от тебя несёт как от козла! Как только тебе машину доверили. Надо, конечно, там и переоденешься во что-нибудь нормальное. Ведь знаешь как оно, в наступление идти лучше чистым, — хохотнул «философ».

— Народная примета! — кивнул второй.

— Уговорили. Баня, так баня.

Через полчаса мы въезжали на территорию большого гарнизона. Судя по палаткам и баракам, здесь находилось не меньше пяти тысяч человек. Скорее всего отсюда пойдёт пехота. Вот где у них резервы! Утюг примерно знал, что где-то у муров есть основная лёжка в этом районе, но точных сведений у него не было. Разведка, как правило, не возвращалась. К сожалению. Я остановил машину на стоянке, куда меня направил солдат на въездных воротах. Я вылез из джипа и понял, что спек своё действие закончил. Муры позвали меня с собой позавтракать, а после мы направились в баню.

— Эх рано мы ту девчонку убрали! — сказал первый мур. — Сейчас бы её в баню взяли с собой.

— Так бы тебе и разрешили, — усомнился второй. — Здесь и своих хватает. Горошину наскребём на троих?

— Горошину? — первый впал в прострацию. — За одну шкуру?

— Такие здесь цены, зато троих обслужит. Целый час! — поднял палец «философ». — Сколько за час можно успеть!

— Хорошо. Водила, ты как? — это уже они меня спрашивали. — Давно на бабе не был?

— Дык давно. У меня есть горошина, мне командировочные дали. Я угощаю.

— О, дело! Вы там все зажиточные на горе, — похлопал мен по плечу второй мур.

— Только не тощую, хочется, чтобы было за что подержаться! — облизнулся я.

— Вальку зови, ух ядрёная баба. Всё у неё на месте. Задница какая, в обморок свалишься. А главное заводная, она нас как-то завела по второму разу за час, — закатил глаза вспоминая мур.

В утренние часы баня стояла свободная и нас пустили в третий номер. Всего их было десять. К вечеру здесь уже выстроиться очередь, а нам дали час времени на помывку и разрешили пропустить Вальку. Пока её ждали, решили ополоснуться. Я без задней мысли разделся, памятуя слова кольщика, что главное не тереть мочалкой наколку. Выкинув старое бельё в корзину, я потянулся и увидел бесконечно удивлённые глаза моих спутников. Оба уставились на мою подмышку. Я перевёл взгляд на зеркало, в котором отражалось моё тело и увидел наполовину стёршуюся голову ворона.

— Э…? — «философ» медленно переглянулся с напарником соображая, что дальше делать. Мы стояли втроём в раздевалке абсолютно голые. В отличие от них красным у меня было только лицо. Я так хотел смыть с себя эту вонь, что пренебрёг безопасностью, но такой подставы от кольщика я не ожидал. Вернусь, обязательно начищу ему морду. Мур направил на меня свой мерзкий узловатый кривой и грязный указательный палец и промычал.

— Стронг! — прошептал его бойфренд. Прочистив своё петушиное горло, он взял тоном выше и заорал на всю баню! — Стронг!!! Держите стронга!

В моей руке оказался пистолет с глушителем, лежавший поверх чистых шмоток. Один выстрел, один труп. Откукарекался, родной. Мура отбросило на «философа» заляпав того тёплыми липкими мозгами, ко всему прочему убиенный умудрился сползти по телу товарища и крепко вцепиться ему в ногу. Пока «философ» пытался освободиться от посмертных объятий я успел натянуть штаны. Мур молча отпихнул своего товарища под лавку и схватил металлический ковшик. Приглядевшись, он увидел в моей руке пистолет и автоматически прикрыл ковшиком своё хозяйство, чем несказанно рассмешил меня. В этот момент дверь нашего кабинета открылась и в раздевалку вплыла дородная женщина средних лет. Сказал же нормальную привести, а это что? В кои веки захотел изменить Лианке, а здесь такое! В ней же килограмм сто пятьдесят живого веса.