Книга И пришел Лесник! 17, страница 116 – Василий Лазарев

— Зачем уж так радикально. Я довольно состоятельный и друзья у меня есть. Чё сразу на помойку?

— А придётся, Витя. Придётся ходить в рейды, ездить в Старый город, набивать фуры и морозильники. Придётся таскать на себе тоннами золото новому мэру на склад. И считать каждый споран, удивляясь какой мудак задрал так цены в городе?

— Э… ты думаешь? — почесал макушку Горец.

— Уверена! Хотя нет. Не уверена, нужен ли мне ты. А то может другого кандидата на выборах двинуть? А ты всё забудешь и пойдёшь досиживать свой срок. Сколько тебе осталось, Витя? — она погладила его по голове.

— Два месяца, — подсчитал Горец. Самое время начинать развешивать на уши предвыборные обещания. Раньше начнёшь, забудут. Позже, не успеешь наобещать.

— Ну вот, готовься. Через два месяца ты безработный, а я позабочусь о твоём переезде в Гранитный и дальше в глушь, в Саратов. Хотя есть одно чудное местечко, мне Лесник рассказывал. Бетонный называется, там сторчишься на черняшке за полгода.

— Чё это? — возмутился Горец.

— То это. Может это ты мне не подходишь, Витя? Я перед тобой распинаюсь, а ты упираешься.

— В плане?

— В этом самом плане. Я, знаешь ли девушка привередливая. Не хочешь показать на что ты способен? — Иштар взялась за брючной ремень Горца. — Мне ещё никто не смог отказать, Витя. Надо же проверить нашу совместимость, а то может я зря всё это затеяла?

— Горца здесь нет и никогда не было, — резюмировал папаша Кац. — Зря только время потратили.

— С чего вдруг зря? — не согласилась Вика. — Белые жемчужины задарма нашли. Много ты видел скребберов с полным споровым мешком на дорогах?

— На счёт времени он прав. Иштар опережает нас, что она сделает с этим несчастным одному Ктулху известно, — сказал Сиплый. — Начальник, нам бы поторопиться назад.

— Да, да. Идём. Сжечь бы этот гадюшник начисто, — я посмотрел на санаторий с выбитыми окнами. — Сколько людей здесь погибло.

— Я видела бензин в канистрах, одна комната полностью ими забита, — Лиана показала на второе окно справа над входом. — Там они стоят. Могу туда гранату от внешников кинуть. И Каца заодно.

— Давай, но только таймер поставь на максималку. Сама граната не подарок, а там ещё целый склад. Побежим к пруду, — я наметил план отхода. — За пару минут добежим и спрячемся вон за теми камнями.

— Да, милый. Ловись рыбка большая и маленькая, — Лиана подкинула в руке чёрную гранату с жёлтой полосой, оставшуюся ещё от старых запасов. — Ну что, Изя, не хочу кинуть гранату? — Первым не выдержал и побежал папаша Кац. За ним все остальные, Лиана поставила таймер на три минуты и бросилась вдогонку. Мы успели отбежать к пруду, когда граната рванула. Помимо осколков, граната с жёлтой полосой воспламеняла всё вокруг действуя как облако плазмы. Не знаю уж сколько горючки они с собой припёрли, но шарахнуло в санатории знатно. Из шести окон второго этажа вырвались длинные языки пламени и облизали крышу. Одновременно с этим раздался грохот взрыва, выбивший перекрытия и подбросивший остатки кровли высоко в воздух. А далее рванули канистры, разогретые облаком плазмы. Правая часть санатория перестала существовать, выстрелив небо огненным грибом с гулом, ушедшим в небо. Правое крыло старой постройки развалилось в один момент. Кирпичи разлетелись на солидное расстояние, начался сильный пожар. Он сразу охватил всё оставшееся здание превратив его в один громадный факел видимый, наверное, даже из Вавилона. Нам сидевшим в сотне метров и то стало жарко.