Книга И пришел Лесник! 17, страница 81 – Василий Лазарев

— Какая муха тебя укусила, Изя, — Валькирия посмотрела в ту сторону куда указывал трясущейся лапкой знахарь и помрачнела. — Это нолды, ребята.

Посреди мёртвой глади моря всплыла какая-то хреновина. Сперва Кац принял её неизвестно за что, но чем выше она всплывала, тем больше в ней можно было признать подводную лодку. Метро тридцать, не очень большая, но быстрая. Она практически выпрыгнула из глубин океана, выстрелив словно поплавок после того, как рыба сожрала червя и поплыла спать дальше. Курс подводной лодки пролегал прямо к берегу, и вскоре она, зарывшись днищем в песок лежала на мелководье. Винтов я у неё не разглядел, вероятно двигалась за счёт водомётных двигателей. На её верхней части открылось сразу два люка и оттуда повалили нолды. Чуть погодя в носовой части образовался ещё один люк, и оттуда те же нолды принялись вытягивать треногу.

— Что они из себя возомнили, — ухмыльнулась Лиана, разглядывая их в бинокль, — это, что им Нормандия?

— Замечательная реконструкция, с удовольствием погляжу ещё раз. Лодки у нас ещё не было, — сказала папаша Кац потирая лапки. — Давно хотел исследовать морские глубины.

— Старичок, а как же «Кац не любит моторные лодки»? — напомнил ему Сиплый.

— Кац не любит надводные аппараты, про подводные Кац ещё ничего не говорил, — отрезал Изя Кац.

— Вот же скользкий типок, — засмеялась Вика.

— Да, такого сложно прижать, — согласился Сиплый.

— Они что с треногой собрались штурмовать Зелёную милю? — спросила Вика. — Жень, может прихлопнуть их, чтобы не мучились?

— Погоди, погоди. Не пойму в кого они собрались палить. И как они вообще рассчитывают столкнуть лодку обратно в море? — я взял у Лианы бинокль.

— Откуда они, Горец?

— По слухам у них есть база под водой. В километре от берега, но как вы понимаете нырять туда никому не охота, — пожал плечами Горец. — Последним исследователем морских глубин был Пингвин, после него энтузиастов больше не было.

— Почему?

— А как? Зажать нос и прыгнуть в воду? — впервые за вчера рассмеялся Горец. — А там тебя крокодил ждёт.

— У нас есть скафандры, в них можно попробовать, — напомнил папаша Кац.

— А у меня таких нет, кстати, весьма вероятно, что вас не пристрелят на подходе. Лодку отожмёте и в путь. Вы же по-ихнему балакаете?

— Свободно говорим на нолдовском, — важно ответила Лиана, — без акцента. Мы практически носители языка.

— Поздравляю. Ебушки-воробушки! Так вот в кого они… Бежим! — Горец подскочил и как угорелый заметался вдоль бассейна.

— Что случилось, объясни хоть! — крикнула ему Вика. — Изя, ты его точно вылечил?

— Вы не видите? — Горец указал в море, где спокойная вода начала формировать водоворот. — Нолды в километре отсюда охотятся на Кайдзю. А сейчас похоже они поменялись ролями.

— Кайдзю, это кто у нас? — слегка нервничая спросила Вика.

— Я кажется знаю, — загробным голосом сообщил Изя Кац. — Жень, помнишь железы в колбах, что мы нашли на большом корабле нолдов в Центре?

— Ты ими ещё дары скидывал? Помню. Вроде как их добывают из чудовищ метров по семьдесят ростом. Кайдзю?

— Угу, а вот и оно! — море бурлило, закручиваясь водоворотом. Над поверхностью показались два шпиля. По мере подъёма они становились наростами на чудовищно большой голове. Чёрная хитиновая конструкция размером с Мавзолей Ильича, поросшая острыми выступами, медленно поднималась из воды. Вместо носа голова имела отбойник как у акулы-молота, а взамен нормальных зубов Кайдзю имела штакетник в несколько рядов, между которыми могла спрятаться вся наша компания. Лап на туловище у монстра я насчитал четыре. Две больших и две маленьких. Большие имели шесть пальцев, увенчанных когтями и соединёнными между собой перепонками, а маленькие по три. С маленьких пальцев сорвались несколько молний и с треском ударили по корпусу лодки вскипятив вокруг неё воду.