Книга И пришел Лесник! 18, страница 14 – Василий Лазарев

— Вот же твари, — пробормотала Валькирия. — И людей также?

— Ага. Кстати, наши любимые муры продавали медузам людей, — напомнил я. — Они их меняли на наркотик, вырабатываемый самими медузами.

— Действие сравнимо с лайт-спеком, но на порядок сильнее. Хотя и короче. Можно будет для легенды взять пару фактов из нашей жизни на Болоте.

— Болото?

— Стаб так зовут, если мне память не изменяет. Большая часть его покрыта радиоактивными болотами и почти наполовину состоит из тяжёлой воды. Всё благодаря Хайзенбергу. Этот унылый поц загадил некогда прекрасный стаб своими опытами, — припомнил папаша Кац.

— Но мы и его отправили в лучший мир, — засмеялась Вика.

— Он чуть с собой тебя не прихватил, — хмыкнула Лиана.

— Зато я попробовала белую жемчужину.

— Худа без добра не бывает, — философски заметил Сиплый.

— Погоди, погоди! — воскликнул Лиана. — Да меня вдруг дошло, если мы взорвали всех Атомитов, то теперь медузы захватили всю поляну?

— Очень может быть, — согласился я.

— Интересно, могли ли они пролезть на базу внешников? — продолжила моя жена.

— Не… — покачал головой знахарь. — Мы там всё плотно закрыли. Зуб даю, не могли.

— Ну ладно, а то ещё оттуда их выкуривать, — успокоилась Лиана. Взревев двигателем броневик продолжил движение. На полном ходу мы перескочили приличных размеров воронку даже не почувствовав. Машина развила крейсерскую скорость, и судя по спидометру мы делали двести километров в час. Максимум на что был способен броневик.

Я помню, как Бэрримор послал своего помощника в Гранитный на мотоцикле уверенный в том, что его никто не догонит. Так и случилось. Редкие элитные заражённые развивали скорости свыше ста километров в час, а уж выдержать такой темп на протяжении десятков километров не мог из них никто. Вся элита Улья стремилась к силе, ловкости, габаритам с упором на органы нападения и защиты. Никто из них не обладал такой выносливостью и подвижностью необходимой для того, чтобы нас догнать. Оставшуюся сотню километров мы проскочили за полчаса и на горизонте показался Гранитный. Лиана сбавила ход. Слева от нас, там, где козырёк соседнего кластера сходил на нет, мы увидели огромные шатры, собранные из шестиугольников. Они казались сотканными вручную, как пчелиные соты только в форме полусфер и переливались всеми оттенками янтаря.

— Здесь же пусто было! — воскликнул папаша Кац. Кроме него этой дорогой проезжала Лиана и я. Остальные были здесь впервые.

— Да, одна степь плоская как стол. За ней в пятнадцати километрах начинаются первые городские кварталы Пекла.

— Смотрите, там кто-то копошится! — Вика указала на ближайший «ангар». Что происходило внутри никто из нас не знал, думаю, что и муры тоже не догадывались. Дорога делала плавный поворот и подходила особенно близко к одному из ангаров. Вблизи он оказался довольно внушительных размеров, высотой этажей десять, а в диаметре метров пятьдесят. Лиана развернула башни в сторону шатра. Я хотел её предупредить, чтобы она не провоцировала обитателей, но было поздно. Вероятно, им настолько уже надоели нолды, ведь мы двигались сейчас на их технике, что терпение у сверчков лопнуло. Вместе с одной из шестигранных сот. Раздался громкий хлопок и сквозь дыру вылетело несколько десятков рассерженных сверчков. Гранит в общих чертах обрисовал их верно, но тогда сверчки ещё не понимали, что соседство с людьми в лучшем случае приведёт их к булавке энтомолога. Если же сверчки вели себя плохо, то их похоже по следам на шатрах и земле, дрессировали огнемётом. Теперь вся эта свора понеслась к нам.