Книга И пришел Лесник! 18, страница 73 – Василий Лазарев

— Обычного разве бы не хватило? — поинтересовался Изя.

— Не знаю, я первый раз имела дело со скорпионом, — пожала плечами Вика. — Я подумала, если мне не удастся с первого удара вырубить скорпиона, то он в нас обязательно плюнет и тогда уже станет совсем неважно сколько силы надо было приложить.

— Понял! — просиял папаша Кац. — Это был контрудар в условиях отсутствия времени на осмысление последующих действий. Так сказать, на автомате. Правильно, дитя?

— Слышь, лепила, вот ты как скажешь, так хочется тебя почему-то в ту трубу выкинуть, — не выдержал Сиплый. — Какое она тебе дитя?

— А, заметил? — победно воскликнула Лиана. — Он меня уже несколько лет бесит, но я сдерживаюсь! Неизвестно как…

— Всё от того, что вы подспудно любите меня, только боитесь признаться самим себе, — хихикнул папаша Кац.

— Как любим? — Сиплый обкатывал новое словечко.

— Проехали, в тайне любите, сами того не подозревая, — объяснил знахарь.

— А… Скользкая темя, Изя, лучше не надо. Ну чё с ней? Жить будет? — Сиплый обнял Вику.

— Жива, здорова. Готова к следующему скорпиону. Предлагаю в следующий раз бить сразу, как он появится и не доводить до последнего момента. Уверен, что ему хватило бы и десятой части твоих усилий, милочка! — проскрипел знахарь. — Что касается подкопа, то здесь всё просто. Мы же проходим с одного кластера на другой без проблем. Сверчки ещё пролетают, нолды также летают, почему бы и не сделать подкоп. Единственное, когда произойдёт перезагрузка, труба на нашей территории станет непроходимой. Но это, по-моему, очевидно.

— Куда бы мы без тебя, Изя, — похлопал я его по плечу. — Всё по полочкам разложил.

— Не цените! Между прочим, а мне предлагали…

— Знаем, знаем, — замахала руками Валькирия. — Тебя ещё один пациент ждёт, не забыл?

— Крошка Мерилин? — Изя посмотрел на часы. — Раствор должно быть уже готов. Я сейчас.

Изя Кац отправился в подпол, где у него в темноте отстаивался недавно сваренный раствор для Мерилин. Сваренный из фрагментов хвоста скорпиона и по заверениям знахаря, должен быть намного сильнее предыдущего.

— Не боишься? — спросила Лиана Мерилин. — От него можно ожидать всего чего угодно.

— Нет, дорогуша, — Мерилин по-прежнему сидела в кресле укрытая пледом. — Меня наоборот всю трясёт. Мне нужно что-то новое из этой серии. После кусочка бивня и открытия нового дара меня просто распирает изнутри. Пророчества прямо-таки рвутся наружу, но их нужно простимулировать.

— Это ломка, — кивнула Вика. — Моя подружка уже проходила через это. Но то была героиновая ломка, не знаю как эта. Интересно насколько велика разница.

— О, эта легче. Мне есть с чем сравнить, — еле приоткрыв глаза сообщила Мерилин. — Я, собственно, сюда попала прямо из реабилитационного центра. Прикинь, привезли меня переламываться с хмурого и в тот же день случился Улей. Мне так плохо было, никому не пожелаю. И вдруг всё прошло! Как по волшебству. Жажда, температура, боль в суставах и прочее. Представляете? Само по себе. Я ещё спрашиваю врача, это что, мол, какое-то новое средство для наркоманов? А он молчит, сука и как-то странно себя ведёт. Прикинь, он такой одеяло с меня тащит, а у самого глаза оловянные и причмокивает так отвратительно. Глаза вдруг такие безжизненные стали и не моргает, скотина. Я как подскочу и капельницей его, капельницей. Ему всё ни по чём и когда она развалилась, я вогнала ему в шею штангу почти на полметра в тело. В основание шеи, сверху вниз. Он стоит и лыбиться как ни в чём не бывало. Я из своей руки выдернула иглу и в глаз ему воткнула со всей дури. Физраствор капает из глаза, он его слизывает и жмуриться от удовольствия. Тут до меня стало доходить, что так не бывает. Я как заору и бежать из палаты. Бегу и думаю, что такого прихода, по-моему, ещё ни у кого не было. Меня и раньше ломало, но, чтобы так!