Книга И пришел Лесник! 19, страница 38 – Василий Лазарев

— Он ещё живой! — крикнула Лиана. Мы с папашей Кацем бы ближе всех и тут же подбежали к нему. На нас пахнуло вонью из пасти ящерицы, сама она уже отъехала в свой персональный Ад, её глаза затянула молочная пелена. Солдат и правда прерывисто дышал, но двигаться не мог.

— Не надо его двигать, я здесь попробую его отремонтировать, — сказал папаша Кац и начал быстро расстёгивать ему камуфляж. Ему нужен был контакт с кожей. Положив свои маленькие ладошки молодому человеку на грудь, он по своему обыкновению застыл. Я поднялся с земли.

— Что он делает? — прошептала Вера.

— А ты как думаешь? — я с удивлением посмотрел на неё.

— Лечит? Неужели это возможно? Здесь? — эх, похоже давно их знахарь спился.

— Возможно всё, мне он, например вернул сердце вот также примерно. Папаша Кац всех нас по два раза возвращал с того света. Это же Изя Кац, ты чего! — улыбнулся я.

— Неужели и правда так хорош? — пробормотала Вера.

— Он супер среди знахарей и самый главный говнюк каких я встречала, — охарактеризовала его Лиана. — В принципе сейчас он соперничает с белой жемчужиной. Своим ходом паренёк не доедет до стаба, только в отвал. К тому же ваш знахарь сможет прочитать над ним только отходную молитву.

— Вот же тварь какая, — сплюнул на землю Сиплый. — И не видно же её. Много здесь ящериц?

— В этом районе хватает, — кивнула Вера. — Если бы не завалы, то лучше из брони не вылезать.

— Вот же я дурак, — хлопнул я себя по лбу. — У меня же свисток есть! Тот, что Мерилин дала, она ещё сказала, что он действует на заражённых. Надо было свистнуть, ящерица сама бы свалила!

— Кстати, что у неё в мешке? — Лиана вытащила нож и осторожно обошла застывшего знахаря и вспорола загривок заражённому. Папаша Кац глубоко выдохнул и попробовал встать, но чуть не упал. Его поддержал Сиплый.

— Ну что, отче? Пацан будет жить? — проскрипел наш вор в законе.

— Будет, я ему свою плоть немного передал, что-то хреново себя чувствую. Есть чего? — его блуждающий взгляд угнездился на фляжке Сиплого.

— Тебе, всегда! — Сиплый вручил ему фляжку и бутерброд с мясом.

— Одна красная жемчужина, получается это элита, Жень! — Лиана катала красный шарик на ладони.

— Вставай, лентяй! — прикрикнул на пациента папаша Кац. — Будешь?

— Угу, здорово она меня приложила! — парень встал как ни в чём небывало, прошёл несколько метров и сел рядом с Изей. Хорошенько отхлебнув от фляжки, он отломил половину бутерброда у знахаря и принялся жевать. — Вот же блядина пучеглазая! Я уж думал, всё, когда она меня зубами зажала.

— Ты в сознании что ли был? — ужаснулась Вика.

— До самого конца, — кивнул парень и протянул руку Изе. — Чахлый, за мной должок.

— Ты теперь Бессмертный, можешь спокойно менять погремуху, парень. Спросят, скажи Сиплый крестил. Тот, что под Лесником ходит.

— Понял, — Бессмертный растянул рот в улыбке. — Вижу, ты человек бывалый, имеешь право.

— Я всё, ширина прохода достаточна, — к нам подошла уставшая Вика. — Там спуск и дверь не наша. Ну, то есть внешников. Твой выход, Жень.

— Ну пошли. Так, ты и ты разворачивайте грузовики. Будете задом сдавать. Бессмертный отдыхает вместе с папашей Кацем. Коробочки, одна здесь, другая метров на двести назад по дороге отойди. Дашь знать, если что. Остальные со мной.

Вот что хорошо умели внешники, так это строить. Сами то по себе гондоны они ещё те, но вот техника у них лучшая, что я встречал. На двери не было ручек, рычагов, даже пластины с номеронабирателем. Вообще ничего. Я задумался как быть? За мной затаив дыхание стояли десяток человек. Пока мы дозревали в центре двери отъехал в сторону значительный кусок металла. За ним мы увидели четыре ствола. Жерла их говорили сами за себя, калибр такой, что туда со свистом пролезет моя голова. Плазма! Стопроцентный летальный исход.