Книга И пришел Лесник! 26, страница 47 – Василий Лазарев

Красные ксеноморфы оказались гораздо резвее коллег от Белой Королевы. Двигались они молниеносно, удары их были сильны и исключительно точны. Если бы не вал огня, который выкатили экзоскелеты и роботы, то они нас смели, бы не посмотрев на дары. Дикий визг умирающих ксеноморфов, разорванных плазмой, добавил звукам боя высокие ноты. Рычание, стук отбойных молотков плазменных пушек, звуки разрывов, всё слилось в одну смертельную какофонию. Лазеры и гранаты не брали красных, первые просто не прожигали их броню, от вторых ксеноморфы стремительно уходили в безопасное расстояние. Кое-кого осколки нагоняли, но это не было так эффективно как плазма. Но ничто не может длиться вечно. Стволы экзоскелетов начали перегреваться. Даже главные калибры ликвидаторов имели свой предел. Из четверых роботов отстреливался только один, остальные трое пытались поймать мечущихся вокруг них монстров своими лапами выстреливая арканы. Те тоже не знали, как подступиться к железным истуканам, но всё же в итоге нашли выход. Кислота! Она разъедала металл и тогда ксеноморфы начали побеждать несмотря на понесённые существенные потери. Уже через пять минут от роботов и, к сожалению, от людей в экзоскелетах остались только дымящиеся останки.

Мы отступили под защиту лабиринта, хотя какая там защита, так просто невысокие стены из песчаника. Дар клокстоппера я решил придержать для рукопашного боя и что было сил выстрелил снежной лавиной по нападавшим клином ксеноформам. Выстрел прошёл удачно, и я прихватил к земле намертво пару десятков особей. Однако в ответ на меня накатила небывалая слабость и у меня подкосились ноги. Шторм, сориентировавшись подхватил меня. Стоявший позади нас Папаша Кац положил мне руки на спину как бы толкая вперёд. Я ощутил прилив силы и выпрямился. Следующим движением я вкатил себе дозу лайт-спека. Вот с чего надо было начинать! У меня словно выросли крылья, кулаки налились силой и казалось, что сейчас я смогу пробить ксеноморфу чердак одной голой рукой.

— Заморозь их, и мы уйдем назад на базу, — проскрипел знахарь мне на ухо.

— Первый залп отнял у меня все силы. Сейчас…

— Я помогу.

Я ещё раз выдал лавину снега, она пронеслась подобно урагану и охватила ещё больше ксеноморфов. Смотрители увидели, что половина их оставшегося контингента застыла в немыслимых позах и решили изменить тактику, больше не атакуя в лоб. Пока я набирался сил во время очередного вливания, Шторм включил свой дар и попробовал перегородить проход в лабиринт кристаллической бронёй.

— Отступайте к двери! — прогудел он как колокол.

Мы попятились спиной вперёд к спасительной двери. Я кое-как огрызался снежками в то время, как Шторм принимал на себя большинство ударов. Его дар длится пять минут, я понимал сколько он продержится, хотя скорее меньше, потому как под такой нагрузкой его кристаллическая броня заметно истощилась. Красные ксеноморфы не особенно отличались мозгами от белых, но были, несомненно, сильнее прошлых. Но и они, врезаясь в кристаллическую глыбу ломали себе головы. Тогда они изменили тактику и резко запрыгнули на стены лабиринта. Афродита была ближе всех и резко вскрикнула увидев, что сделали с входной дверью в бункер ксеноморфы. Два смотрителя обошли нас поверху и спрыгнули в лабиринт оказавшись у нас за спиной. Один из них резко саданул себя по лапе кончиком хвоста рассекая плоть. Брызги из раны разлетелись в узком пространстве лабиринта и попали на саму дверь. Замок заклинило и наполовину расплавило. От вызывной панели вообще ничего не осталось. Проход на спасительную базу был отрезан.