Книга И пришёл Лесник! 27, страница 40 – Василий Лазарев

— Правда, что ли? — испугалась Лиана. — Их там пятьдесят с лишним вроде? Он же графоман!

— Шутка конечно же, — залилась румянцем Лида. — А дальше что?

— Ждём Изю, придёт, посмотрит, что там у вас в голове делается. Без рекомендаций знахаря можно принимать только белую, во всех остальных случаях можно доиграться.

— До чего? — не поняла Лида.

— До кваза, например. Покроешься чешуей и потеряешь человеческий облик. Белая такого эффекта не даёт. Один с двух красных подряд потёк и теперь только под водой может жить как рыба. Разные короче случаи бывают.

В шатёр вернулись папаша Кац и Маша. Она, казалось, не замечала никого кроме Изи и не спускала с него глаз. Смотрела с надеждой как тяжело больной на врача, впрочем, так оно и было. На Кислого Маша даже не взглянула.

— У нас новости. Маша прошла сама несколько метров, не держась за руку, — похвастался знахарь.

— Не говорит? — спросила рыжая.

— Пока нет, но это дело времени. Так что у нас здесь. Выпили? — он бесцеремонно оттянул верхнее веко Лиде и посветил фонариком в глаз.

— Да. Изя, ты ещё Кислого посмотри на предмет нового дара.

— Отлично, но сперва наш ментат. Как самочувствие Лида? — он пощёлкал пальцами перед ней.

— Просто лопаюсь от прилива сил, — призналась лошадиная морда.

— Так и должно быть. Давайте-ка милочка я вас гляну! — папаша Кац поднялся со скамьи и подошёл к Лиде. Стоило только ему отойти, как Маша начала плакать. Пока её успокаивали, Лида терпеливо ждала. Наконец знахарь положил ей руки на затылок и застыл. Сеанс длился недолго. Дар Лиды уже был известен и знахарю оставалось только направить всю мощь в единое русло. Это не заняло много времени. Лида открыла глаза и просияла.

— Ты вот о каких метках шла речь! Теперь понимаю. Да, такие есть у всех, кого я видела, — уверенно сказала Лида.

— Вот и славно, — потёр руки папаша Кац. — Лесник, теперь за стаб можешь быть спокоен. Мимо неё ни один мур не пройдёт. Очень сильный ментат, очень. Сам не ожидал такого эффекта, если честно.

— Но мне кажется, что не все они люди, — задумчиво произнесла Лида.

— Как это? — спросили мы хором. Даже Маша испугалась.

— Не люди. С виду человек, а внутри нет. Мне надо снова увидеть всех пришедших. Срочно.

— Всех не получится, — сказал Кислый. — Человек сорок вместе с остальными отправились за продуктами. Будут только утром.

— Отложим до утра, — согласился я.

Выйдя из штабной палатки, мы с Лианой отправились к своему шатру. Следом за нами вышел папаша Кац с Машей. Я и не заметил, как со всеми этими перипетиями зашло местное светило и на Гранитный опустились сумерки. Изя после ментата занялся с Кислым и у того прорезался очень интересный дар в довесок к его скорости и ловкости. Если хорошенько разобраться, то он был у него какой-то невнятный. Кислый немного опережал обычного бойца, был чуток ловчее и сильнее. Немного лучше стрелял чем все, но вот второй открывшийся у него дар перекрыл все достоинства предыдущего. Он приобрёл плазменную броню. Папаша Кац раньше такой не встречал, никто из нас такого не видел. Кислый мог в один миг покрываться плазменной сеткой, которая нейтрализовала все физические воздействия. Ни один снаряд, пущенный в него или брошенный не достигал его тела. Мало того, Кислый в ответ мог выстрелить протуберанцем плазмы сжигая всё на своём пути в пределах десяти метров. Как на него влияли энергетические поля, в частности, молния или ядовитые газы проверить мы не могли за неимением таковых.