Книга И пришёл Лесник! 27, страница 76 – Василий Лазарев

— Ладно, спокойно! — Изя поднял руки гася конфликт, а то и правда Лесника не дождётся. Афродита успокоилась и повернула направо в коридор. Пройдя метров двадцать, она стукнула лапой по стене. И прошла в образовавшуюся дверь. Следом за ней прошёл Изя с интересом разглядывая убранство комнаты.

— Цыганское барокко! — восхищённо произнёс он. В центре комнаты на кровати под балдахином кто-то лежал.

— Что есть, я сейчас, — Оранжевая Королева скрылась в соседнем помещении. Изя Кац подошёл к широкой кровати и осторожно приподнял полог. Под одеялом угадывался мужчина, голова его была замотана белой тряпкой. Наружу торчал только нос и губы. Всё остальное было тщательно укрыто толстым одеялом. Папаша Кац положил руку ему на лоб, пытаясь понять, что с ним произошло и тут же отдёрнул.

— Что с ним? — из-за плеча знахаря послышался знакомый женский голос. Изя резко обернулся и увидел Афродиту в домашнем халате.

— А как же это? — он помахал руками видимо изображая дракона.

— Спецодежда, избавилась на время. Не нравится? Могу вернуть свой облик.

— Не фига себе, — покачал головой донельзя удивлённый папаша Кац. — Остальные также могут?

— Нет, они же ксеноморфы изначально были. Я как человек, могу такое проделывать и то не всегда.

— Человек? — усомнился знахарь.

— Да, представь себе. Посмотри его… пожалуйста, — попросила Афродита.

— Саквояж мой в челноке остался, — почесал макушку папаша Кац. — Ну, как смогу.

— Ты скажи, если что-то нужно. Я достану.

— Ой, а я смотрю ты влюбилась? А где твои предыдущие питомцы? — наивно спросил Изя.

— Тссс. Заткнись! — прошипела Афродита. — Не было никого!

— А… — многозначительно протянул Изя. — И стаба вашего блядского не было, да?

— Я тебе сейчас лицо обглодаю, уродец, — Афродита на мгновение превратилось в ксеноморфа. Изя Кац отшатнулся и с ухмылкой продолжил.

— Надо снять с него бинты. Можно?

— Делай что считаешь нужным, — махнула рукой Афродита.

Папаша Кац осторожно поддел белую ткань, видимо оторванную от простыни и использованную в качестве бинта. В нос ему ударила жуткая вонь, под ней уже не было кожи. На лбу виднелись сосуды и мясо, даже проглядывала кость. Всё это больше походило холодец, на давно протухший холодец.

— Ты что с ним делала? — ужаснулся знахарь.

— Ничего такого. Когда мы снесли их базу, он успел проглотить белую жемчужину. Ну мы поговорили и решили жить вместе…

— Я не о том. Что ты с ним делала потом? Трахались? — быстро спросил папаша Кац.

— Секс? Секс был, дикий африканский секс! — на губах Афродита возникла романтичная улыбочка. — Но он себя прекрасно чувствовал. Неделю целую, а потом начал меняться… в это. Его зовут Майор или Джон.

— Белая сделала его иммунным, — рассуждал папаша Кац и приложил руку к растворённой плоти на лбу нолда. — Затем она затухает примерно дня через три-четыре. Вы всё это время трахаетесь как кролики… Ага! Вот! Ты сам как Оранжевой Королевой стала? Только правду!

— Правду? Давно не слышала такого слова, — замялась Афродита.

— Тогда он умрёт. Белая в этом не поможет. Или будешь его кормить ими раз в неделю.

— Я нашла саркофаг Инженеров.

— Даже знаю где. Ты там свой автограф нам оставила в виде использованного гондона в колодце, — прокряхтел папаша Кац. — И что же Инженер? Рума?

— Она, эта сучка была заражена изначальным ксеноморфом. Он теперь во мне! — она дотронулась до груди. — Маленькая оранжевая змейка. Я стала изначальной Королевой, понимаешь?